Шрифт:
– Охренел?! – сбрасываю его руку со своей задницы и вырываюсь.
– Ладно-ладно, Анюта, прости. Не знаю, что на меня нашло, – Константин вдруг резко становится серьёзным и тяжело вздыхает. – Пиздец. Прости, пожалуйста. Я правда по тебе соскучился, да и вообще… Короче, я не просто так приехал.
– Я так и поняла, – бурчу я и прохожу на кухню.
Костя идёт следом за мной, но я не обращаю внимания. До сих пор как будто чувствую его грубые пальцы на своей попе. Злюсь, и уже даже хочу, чтобы он остался. Пусть Тигров придёт и спустит его с лестницы, а я посмеюсь.
Хотя, зная Георгия, он может и шею свернуть. Я этого не хочу. Для Костиного же блага лучше ему убраться поскорее.
С другой стороны, теперь меня терзает любопытство. Зачем он пришёл?
Бывший садится на стул и говорит:
– Я хочу перед тобой извиниться.
– За что? – насыпая корм для Зефирки в отдельный пакетик, спрашиваю я.
– За то, что изменял. За то, что не ценил тебя. Ты очень хорошая, а я вёл себя как мудак. За то, что кредит на тебя оставил. Извини, короче, я… неправильно поступал.
Ого. Ничего себе. Такого я точно не ожидала.
Константин опять вздыхает и протирает пальцами глаза, будто бы прослезился. Для него такое поведение вообще нетипично, поэтому я ему даже верю.
– Всё уже в прошлом, – бурчу.
– Ты с кредитом-то разобралась?
– Да, – не уточняя подробностей, отвечаю я.
– Блин, молодец. Ты вообще по жизни молодец, не то что я. У меня вообще капец, мы как развелись, всё только хуже и хуже становится.
Не знаю, что на это ответить, поэтому просто молчу. Складываю в сумку собачью миску, таблетки и капли, которые Зефирке надо давать каждое утро.
Что Костя делает? На жалость давит? Припёрся ни с того ни с сего, нахамил, за задницу меня схватил. А теперь едва не плачет, жалуясь на жизнь.
– Кость, давай уже прямо, – говорю я, застёгивая сумку. – Чего ты хочешь?
– Хотел поговорить по душам, ну и вот, извиниться. Веришь, нет, мучило меня это, – Костя прикладывает ладонь к груди, как в дешёвой драме. – Ладно, раз у тебя дела, я пойду. Что хотел, то сказал.
Он встаёт и направляется в прихожую. Вздохнув, иду за ним, втайне испытывая облегчение. Уж лучше бы они с Тигровым всё-таки не встречались.
Костя обувается, мельком смотрит в зеркало и улыбается мне:
– Ладно, пока. Вижу, у тебя всё нормально, так что я рад.
– Спасибо.
– Слушай, Анют. Раз уж ты с кредитом раскидалась… Займи тысяч десять до зарплаты? Я отдам, отвечаю.
Внутри меня как будто вонючая бомба взрывается. Становится до ужаса мерзко.
Ну да, конечно. Я могла бы и сама догадаться. Что ещё ему могло быть от меня нужно?
Это ж надо, какой хитрый спектакль он устроил! Сначала разозлил меня, потом на контрасте извинился за все грехи надавил на жалость. Узнал, что я выплатила долг. И вот теперь кульминация – он просит денег. Как противно.
Может, он ещё и на халявный секс рассчитывал? На любимых проституток, похоже, не хватает.
– У меня нет лишних денег, – холодно говорю я.
– А Георгий твой не может занять?
– Может. Но тебе не займёт.
– Слушай, ну попроси у него. Я стопудово отдам, могу даже расписку написать.
Как же жалко это выглядит. Невольно сравниваю поведение Кости и Георгия, и удивляюсь сама себе.
Как я могла в своё время выбрать такого мужчину, как Константин? Его же и мужчиной не назовёшь, особенно если сравнивать с Тигровым…
Качаю головой и говорю:
– Нет. Уходи, пожалуйста.
– Блин, Анют, ну мне очень надо! – восклицает бывший. – Слышь, ну пожалуйста!
В этот момент открывается дверь, и на пороге появляется Георгий. Тяжёлым взглядом смотрит на Костю, а потом на меня и роняет короткую фразу:
– Это кто?
– Мой бывший муж, – отвечаю я, поёжившись. От Тигрова будто бы могильный холод исходит. – А где Зефирка?!
Я не сразу замечаю, что собаки с Георгием нет.
– В машине, – отвечает он. – Поехали. Надо срочно к ветеринару.
Глава 32
ГЕОРГИЙ
– Что случилось? – взволнованно спрашивает Анна.
У неё аж губки затряслись. Моя ты хорошая.
– По дороге расскажу, – отвечаю я. – Ты собралась? Поехали.
– Константин, – бывший Анны вклинивается в разговор и протягивает руку.
Меряю его взглядом. На вид какой-то ушлый, даже скользкий тип. Встретил бы его в другой обстановке, даже разговаривать бы не стал.
Коротко пожимаю ему ладонь:
– Георгий Павлович. Ты что здесь забыл?