Шрифт:
– Я не успела. Они закрыли мне рот.
– О каком рте ты говоришь!? – Прочувствовала раздражение женщины. – У тебя для этого есть мысль! Разве ты не знаешь, что они материальны?! Сколько поколений твердит одно и то же, и всё равно вы продолжаете кричать, как полоумные. – Ткнув указательным пальцев в лоб дочери, Кетра хмыкнула: – Думай! Требуй у самого мироздания, и уверяю, оно тебя услышит!
«Зараза такая… – проворчал чем-то недовольный фамильяр. – Точно не уймётся. Так! Продолжим чуть позже».
«Почему?! Стой! Мне так нравится. Я, кажется, начинаю…»
В глаза резко ударил свет, и я застонала от боли, ощутив страдание каждой своей мышцы.
– Есения… что с тобой.
«Маро?! А он что тут забыл?»
«Обед принёс…»
Щурясь от яркого света, сплела пальцы в незнакомом жесте, и занавески сами собой закрыли солнцу доступ в комнату.
Не помогло.
Перемогавшись, поняла, что яркий свет – не работа местного артефакта-светила.
Молочная пелена искрящего, точно электрические потоки, излучения исходит из самого Жала, к слову, быстро вбирающего его обратно.
Купол надо мной истончился, и наши со Стайлсом взгляды натолкнулись друг на друга.
– А где обед? – Первое, что спросила я, со стоном поднимаясь с постели. Мокрая майка и домашние штаны… Самое безобидное, что Маро может подумать, так это – что у меня была лихорадка!
– Какой к кикиморам болотным обед!?
«Действительно… Кися, я же фигурально выразился!»
«Перетянуть бы тебя чем тяжёлым, да наковальней пока не обзавелась».
«У! Злодейка! И надо же – так быстро экзекуцию придумала! Вот, что значит «зрелая ведьма»! Но, знаешь ли, твой жизненный опыт сейчас проявляет себя не в лучшей форме».
«Поговори мне…»
– Никакой, – поморщилась я, отвечая с запозданием на вопрос возмущённого хозяина высшего образовательного учреждения. – Это мой фамильяр. Он любит вводить меня в заблуждение.
– Где ты была, Киселёва?! И почему пропустила обед!? С какой стати я опять должен бегать по академии и искать тебя!? И вообще – когда ты успела выучить бытовые заклинания?
«Сколько вопросов! – Ехидно хихикнул Жалик. – Любопытной Варваре…»
– Заткнись.
– ЧТО!?
– Эээ… это я не вам. Фамильяр… – покрутив у своего виска пальцем, поморщилась. – Сложно, когда твой напарник в голове и постоянно зудит, точно муха. Давайте по вопросам. Значит… была я здесь и как бы не здесь. Что медитация у ведьм проходит в таком вот… – оттянув мокрую, белую футболку, скривилась, – формате – не знала, поэтому обед пропустила не специально, поэтому не злитесь, что заставила вас побегать. С другой стороны, могли бы помощнику вашему поручить найти меня… или на браслет вызов отправить. Просто так, что ли, его на меня повесили на целых пять лет?
– В том то и дело, – огрызнулся демон, скрещивая руки на груди. – Ты пропала… точнее сигнал, оповещающий о твоём присутствие на территории замка.
«Интересное дело! Меня тут полдня почти муштруют, а он значит, только кинулся! Сколько минут прошло с начала медитации!?»
«Мне уже позволено говорить?»
«Не ёрничай».
«Три часа».
«Нормально!»
Будто читая мои мысли, Стайлс сразу развеял моё недовольство, продолжая возмущаться:
– Не успел дорожный плащ снять, а тут такое – студентка пропала!
«Ага… – фыркнул Жало. – Кто б там понял!? Не заливай. Просто ты сам без конца следишь за нами! Никто даже не кинулся!! Один такой на всю академию… контролёр-пастух».
«Умолкни уже. Сейчас реально не время. Не видишь, что ли? На взводе демон».
– Ещё раз прошу прощения, – извинилась на всякий случай, не видя в этом какой-то проблемы. – Но лучше бы вам к этому привыкнуть сразу. В часы, когда я сплю, всегда будет так, пока мне не удастся полностью получить все знания, что посчитает дать фамильяр. Особенность фурий… Мне другое интересно: как вы вошли?
Внезапно Маро стушевался.
– Кхм… ты не отзывалась. Все двери академии открываются передо мной, если ситуация выходит из-под контроля.
– Весьма полезное свойство дверей.
– Есть такое. – Неловкость покинула демона быстро. Губы Стайлса криво усмехнулись. – Статус позволяет. Мне хотелось бы подробнее услышать о процессе медитаций… может, тогда я сумею понять, почему ты в таком виде, будто неделю в объятьях инкуба провела.
«Ха! Учись! А то лихорадку она вспомнила! Вот у мужика нормальные сравнительные образы».