Из открытого окна дунул едва заметный ветерок, слегка потревожив Глорию, подаренную японской корпорацией «Тошиба». Глории уже 5 месяцев. Это был щенок редкой японской породы акита-ину. Честно сказать, Арина не особо любила животных, а собак тем более, но имидж селебрити и гордости страны диктовал условия быть защитницей зелёного мира и любительницей животных. Пришлось на одной из пресс-конференций после этапа китайского Гран-при на вопрос японского журналиста, какой подарок она хотела бы получить от японских болельщиков, если поедет на чемпионат мира в Сайтаму, ответить, что щенка породы акита-ину. Насчёт подобного вопроса имиджмейкером ещё в начале сезона был придуман такой ответ. Кто ж знал, что японцы воспримут всё всерьёз…

Собаку звали по-русски «Слава», что как бы намекало на мировую славу Арины Стольниковой, но по-японски «Слава» звучало как «Гурори», что почти контрастировало с неприличным «гуро», поэтому Арина переназвала её в Глорию, более по-западному. Глория оказалась смешным и добрым щенком, уход за ней не доставлял никаких проблем. Правда, уход и выгул лежали почти всегда на родителях, потому что дома Арина жила считанные дни в году. То тренировки, то сборы, то соревнования, то шоу, то мероприятия в различных городах никак не способствовали домашнему обитанию.

Открывать окна совсем не требовалось в этой просторной квартире в элитном жилом комплексе «Алые паруса», подаренной одной из крупных российских нефтяных корпораций, — с притоком свежего воздуха вполне справлялась дорогая система кондиционирования, но Арина так любила засыпать под звуки ночного города. Под плеск волн в Москва-реке, негромкий блюз в оркестре яхт-клуба на набережной, рёв Ягуаров и Астон-Мартинов, въезжающих на подземную парковку комплекса. Эти отзвуки роскошной жизни стали уже совсем родными для неё.

Всего за год Арина Стольникова стала из многообещающей юниорки, выигравшей в последнем юниорском сезоне чемпионат мира в Таллинне, мировой знаменитостью, селебрити и топ-звездой. Рекламные контракты посыпались как из рога изобилия ещё после первой победы в Небельхорне, когда изумлённые немцы не могли несколько минут прийти в себя после проката произвольной программы Арины. В конце сезона об Арине Стольниковой знал весь мир. Её сравнивали с фигуристками прошлых лет. И на каждую она была чем-то да похожа. Тема Стольниковой на спортивных форумах вызывала бесконечные срачи и холивары между фанатами и недругами спортсменки, быстро перераставшие предел в тысячу комментариев. Темы быстро улетали в архив, и тут же открывались другие, в которых шёл бесконечный спор, что Арина очень хорошая и в то же время, что она очень плохая.

После чемпионата мира тренер дал недельный отпуск, а потом начались турне по России и Европе с ледовыми шоу, которые назывались «Шоу олимпионов». Организатором был известный хореограф Игорь Ораниен, слывший своим человеком не только на Первом канале и фигурнокатательной тусовке, но и в федерации фигурного катания. Обычно фигуристы-сборники после мартовского чемпионата мира берут небольшой отпуск в неделю-две, занимаются постановкой и накаткой программ на следующий сезон и в конце мая уходят уже на заслуженный отдых до 1 июля, когда официально открывается новый сезон не только в фигурном катании, но и во всех зимних видах спорта. В начале мая, перед большим отпуском, появляется некий задел на новый сезон. Однако Арина вместо постановки новых программ колесила по бесчисленным шоу, проходившим в разных городах России и Европы, а попросту, занималась чёсом. Ковала железо, не отходя от кассы. И наковала пару сотен тысяч долларов и евро, не говоря уж про миллионы рублей.

Объездила всю страну вплоть до Владивостока и всю Европу до Парижа. Впрочем, завидовать тут нечему. Ближе к концу вояжа различные города как на родине, так и за границей слились в бесконечную череду ледовых арен, гостиниц, перелётов и тасканий с тяжёлым багажом по аэропортам. Только в конце июня наметился короткий отдых. Скоро начало нового сезона, и Арина Стольникова вступала в него абсолютно неготовая. Без новых программ и без костюмов, которые шить тоже не одну неделю. Даже без приблизительных концепций и целей в предстоящем сезоне. У ней не было ничего. А через полтора месяца уже контрольные прокаты сборной России по фигурному катанию в «Мегаспорте», где членам и председателю федерации нужно продемонстрировать программы на будущий сезон.

Отдельная проблема — коньки. Её коньки Risport пришли в полную негодность. Требовалась замена к сезону. И не стоимость в 120 тысяч рублей смущала девушку. На разнашивание ботинок и подгонку их к ноге требовалось продолжительное время и стёртые до крови ступни. Проблемы постоянно гнобили её. Как и то, что к сезону она подходит хоть и материально подогретая, но совершенно неготовая, и каким он будет, этот новый сезон, было непонятно даже ей, не говоря уж про тренеров. Возможно, из-за этого ей постоянно снились тревожные сны каждую ночь?

Рассвет понемногу начал прогонять ночь. На улице стих шум. Ночные гуляки разошлись по домам даже в элитной Москве. В комнате полумрак стал светлеть. И в это время начала повизгивать Глория. Запросилась на улицу. Придётся тащиться на площадку для выгула собак. Потянувшись, Арина села на кровати, взяла айфон, бегло пролистала последние посты в соцсетях от фигуристов и спортивных чиновников, не забыв пролайкать всё. Не спеша надела спортивные шорты, толстовку, белые кроссовки и тихо позвала Глорию. Как ни старалась одеться потише, чтоб не разбудить родителей, но мама проснулась.