Ни хозяйки, ни корзинки.

– У меня нет жены, - ответил Улмарс на прямой вопрос. Удивился или нет, но вида не подал. – Есть брат, он в другом городе вместе с семьей. Мы не слишком ладим. Проходи. В доме нет никого.

Как с языка снял. Вальканта послушно захлопнула рот и первой толкнула дверь. Тяжелая.

За порогом среднего размера прихожая. Зато за ней через небольшой коридор огромная гостиная. Кажется, в этой части дома второй этаж отсутствовал, потолки слишком высокие. Теперь понятна архитектура борделя, где заправлял Улмарс.

Еще один коридор привел к винтовой лестнице. Каменная, основательная. С такой при всем желании не сверзишься. Разве что неудачно поскользнешься. Падать будет больно.

На втором этаже просторный коридор, освещенный на славу благодаря огромным окнам во всю стену по правую руку. Стройный ряд дверей напротив. Вальканта насчитала пять штук.

Улмарс толкнул вторую. Указал на проход.

– Прошу, - предложил он войти ей первой.

Подозревать ракосса в желании причинить ей вред было бы глупо. Так что Вальканта смело шагнула за порог.

Среднего размера комната, совершенно пустая в центре, где на ковре с коротким ворсом, скрестив ноги, сидел никто иной, как недавно пробужденный бог. В одних штанах, босиком.

Бертрез выглядел на удивление умиротворенно. Не то медитировал, не то еще какой ерундой страдал. Вальканта иногда заставала Тэмору за вот таким занятием. Но ни разу богиня не созналась, что именно делает. Всякий раз отшучивалась.

– Бертрез, - позвал Улмарс, когда никакой внятной реакции на гостей не последовало. Повторил чуть громче. – Бертрез. Я привел их.

– Хватило бы только кота, - ответил Бертрез и приоткрыл один глаз. Взгляд сфокусировался на черной шкурке, что перевешивалась через плечо ледяной таали. На губах мужчины мгновенно возникла знакомая хищная усмешка, разбивая мирную картину на множество осколков. – Лень было идти на своих четырех, да, Касс’ах?

Черная тень соскользнула на ковер и деловито уселась возле ног Вальканты на пушистый задик. Облезлый хвост с колокольчиком беззвучно обнял передние лапки.

Молчание затягивалось.

Внезапно Бертрез рассмеялся и, улыбаясь во все тридцать два зуба, похлопал по коленке.

– Иди сюда, старый пенек. Я скучал по тебе.

Кот вприпрыжку умчался к центру комнаты, словно только этого и ждал. Запрыгнул на колени и весь дугой выгнулся, пока его гладила и почесывала чужая рука.

– Успел подумать, что ты совсем сгинуть решил, - возмущался бывший страж, не прекращая ластиться.

– И поэтому свалил в Тандер Сакт?

– Уж лучше эта помойка, чем здесь. Там хотя бы тихо и спокойно. А тут? Ты ви…

– Тс, - остановил Бертрез возмущенный мявк с колена. Поднял голову к замершей у дверей девушке. – Спасибо, что принесла Касс’аха. Не задерживаю.

Вальканта кивнула. Перед тем, как удалиться, успела обронить пару фраз для Улмарса.

– Захочешь оружие, приходи. С собой возьми самое любимое и то, которым чаще всего пользуешься.

Улмарс молча кивнул. Провожать не пошел, сама справится. Вряд ли горит желанием хоть на минуту здесь задержаться.

– Зачем ее с собой привел? – спросил Бертрез кота, глядя в закрытую дверь.

– Хотел увидеть твою реакцию, хозяин, - легко признался в проделке Касс’ах. Сидел уже спокойно рядом, пока его машинально поглаживали у загривка.

– Что-то интересное увидел? – опустил голову Бертрез.

– Ты оставил жизнь Тэморе, хотя она приложила руку к твоему исчезновению. Ты оставил жизнь этой девушке, хотя знаешь, кому она принадлежит. Совсем беда с силами?

– Вроде того. При помощи девчонки справлюсь при желании.

– Тогда почему оставил? От нее пахнет тобой, если очень принюхаться, - подумав, добавил кот.

– Потому и оставил. Мне не открыть Дверь.

– Она?..

– Да. Возможно.

– Паршиво твое дело, хозяин.

– Паршиво, - легко и непринужденно согласились с котом. – Но это поправимо. И это главное.

В гости Улмарс зашел к вечеру. Сначала искал в доме, однако Нангаса сказала, что Вальканта сейчас на работе. Тогда пошел в лавку к Юкалдру. Не обнаружил ни друга, ни девушки. Помощник за прилавком не смог дать четкий и вразумительный ответ, побледнев и проглотив язык при виде формы, которую, как назло, Улмарс забыл снять. Торопился.