– Красивая, - вздохнула Вальканта. Сдернула покрывало с соседней кровати и укрыла им бессознательное создание. – В нее все жрецы поголовно влюблены были. И жрицы тоже.

– А она? – полюбопытствовал Улмарс, удивившись неожиданному откровению. Прежде Вальканта держала свое прошлое при себе. Даже в Тандер Сакт ни о чем не рассказывала. Почти.

– А она на них не обращала внимания и пыталась затащить в койку меня, - хмыкнула Вальканта. – Улмарс, я спущусь? Хочу выпить чего-нибудь.

– Скажи, за мой счет, - не стал препятствовать чужому желанию Улмарс. Отчасти он понимал, что движет девушкой. Новости, которые сообщил Бертрез, даже со стороны звучали не очень.

Вальканта воспользовалась разрешением и покинула комнату, находиться в которой было тяжело. Ей бы радоваться, что совсем скоро Тэмора вернется к прежней жизни, а на груди камень. Если богиня забудет ее, что тогда?.. Попытки убедить себя в том, что Тэмора будет жива и здорова вне зависимости от целостности собственной памяти, облегчения не приносили.

В главном зале борделя было весьма оживленно. Как и всегда.

Вальканта направилась в сторону бара, где заказала себе коктейль. Пить не смогла, отставила изящный бокал за длинную ножку в сторону. Сидела и гипнотизировала мутную жидкость взглядом.

– Не вижу энтузиазма на лице, - знакомый голос над ухом отвлек от воспоминаний, которые сами собой лезли в голову таали.

Вальканта повернула голову. Рядом с ней на высоком стуле сидел Бертрез, с удовольствием потягивая свой напиток. Яркие рубины глаз с хитрым прищуром смотрели в ее сторону. За своими размышлениями не заметила, как подошел.

– Почему здесь, а не возле своей богини? Шанс на успешный исход дела мал, но он есть. Опять же ты всегда можешь рассказать в числе первых то, что считаешь необходимым.

– От моего присутствия рядом с Тэморой ничего не изменится.

Бертрез хмыкнул и пригубил свой бокал.

– А так все начиналось, - сделав глоток, прокомментировал он чужое проявление слабости. – Ты настолько дорожишь своей богиней, что готова уйти в сторону. О чем не хочешь рассказывать ей? Боишься, что не поймет, если не вспомнит?

– Скажи, Бертрез, - вместо очевидных ответов Вальканта предпочла сменить тему. Ее отношения с Тэморой касались только двоих. – Мы смогли выйти из Тандер Сакт благодаря тому, что я увидела дорогу из цветов, которую никто больше не видел. Они не видели ее, потому что не обрели силы Повелителей? Но Улмарс обладает всеми качествами. В отличие от меня, которая к Повелителям не имеет никакого отношения. Почему так?

– Хм, - одобрительно хмыкнул бог. Смена темы ему определенно пришлась по душе. Он прилег на стойку бара, подперев голову рукой, и уставился на девушку. – Будет у меня для тебя еще одна сказка.

Вальканта обратилась в слух после последней фразы. А мужчина тем временем поведал одну из самых интересных и крайне удивительных историй, которые ей довелось слышать. Когда искала что-то о существе, найденном в Землях мертвых, перерыла кучу книг. Ни в одной предположения даже близко к истине не сумели приблизиться.

– Помнишь, я рассказывал тебе сказку про бога? – лениво зевнув, начал Бертрез. – Так вот. До того, как быть убитым, он создал для своих звездных магов Арену. Точнее, создал не для них, а для тех существ, которые требовались магам для полноценной работы с материей. Все-таки магам было далеко до бога.

У бармена потребовали карандаш и бумагу. К удивлению, требуемое нашлось. Бертрез продолжил, схематично рисуя на светлой поверхности линии и закорючки.

– Нарек он свое детище – Тандер Сакт, - продолжил Бертрез, закончив с рисунком. Вальканта смогла различить на листе бумаги продолговатое нечто, похожее на многогранник. – Прийти на арену меж мирами мог любой желающий. В любое время. И точно так же ее покинуть.

Прямо на многограннике Бертрез схематично добавил закорючек и продолжил.

– В Тандер Сакт волей бога росли деревья силы – ануя. Вообще они больше похожи на куст, но не важно. Вырастали ануя из капель сил своего создателя, которые он раскидал в тех краях. Найти их было трудно, приходилось соревноваться друг с другом. Всегда можно было убить того, кто собрал больше всех, и заполучить себе крупицы силы. Так получались сильнейшие.

Бертрез затих, осмотрел рисунок и стал рисовать от граней черточки. Шесть штук. На концах поместил чуть приплюснутые с одной стороны овалы.

– После смерти бога, - продолжил он, заканчивая свой рисунок, - ануя перестали расти. Но, видишь, какая штука. Смерть бога раскидала капли его сил по всему миру вне Тандер Сакт. Живые создания стали получать их самыми разными способами. Кто при рождении от родителей, кто находил вещь с легшей на нее отметкой, кто убивал обладателя. Звездным магам приходилось долго и упорно искать и перебирать. Качество их жизни сильно ухудшилось. И тогда они изменили Тандер Сакт, изолировав Арену окончательно. Так возникли Земли мертвых, где живые сражаются между собой и собирают то, что не могли собрать снаружи. А самонареченным богам остается лишь сидеть и ждать, когда из врат, - Бертрез ткнул карандашом в один из овалов, - выйдет будущий Повелитель.