— Вы двое похожи на кучку озабоченных подростков. — Мэделин смотрит на нас и качает головой, хотя ее губы растянуты в улыбке.

Я оглядываю ее.

— Это говорит женщина с вагиной, которая благодарит меня.

Мы смеемся, когда к нам подходит Оуэн с расслабленной улыбкой на лице. Он выглядит гораздо дружелюбнее, чем в прошлую нашу встречу, так что, возможно, он и вправду не сердится на меня.

— Ты прекрасно выглядишь, Люси. — Он целует меня в щеку, а затем пожимает руку Ашеру. — Ашер.

Мы вчетвером направляемся к совету директоров IllumaGen, где меня знакомят с руководителями компании и несколькими ключевыми акционерами. После того как знакомство закончено, они сразу же возвращаются к своему разговору. Я хмурюсь, наблюдая, как они пытаются вовлечь в дискуссию только Оуэна и Ашера, оставляя нас с Мэделин просто стоять на месте.

— Я предлагаю сократить исследовательскую лабораторию по транспозиционным элементам. Она расходует наши ресурсы, не принося практически никакой пользы, — говорит генеральный директор.

Остальные члены совета директоров согласно кивают.

Ашер поворачивается ко мне.

— Что ты думаешь, Люси?

Мои глаза расширяются, встревоженные внезапным вниманием ко мне. Я чувствую себя ребенком, которого вызвали на урок, потому что он не обращает внимания. Но когда я смотрю на Ашера, то вижу, что ему искренне интересно. Он хочет знать мое мнение по этому поводу.

— Я… я думаю, было бы глупо прервать исследования ТE.

Что ж, с точки зрения ограниченного бизнеса я понимаю, почему генеральный директор предложил это, не понимая толком ТЕ. Исследования ТЕ все еще находятся в зачаточном состоянии, они были открыты только в 80-х годах. Но как только будут сделаны новые открытия, возможности окажутся безграничными.

Я продолжаю:

— Гемофилия А и В, предрасположенность к раку, тяжелый комбинированный иммунодефицит и порфирия — вот лишь некоторые из заболеваний, которые, как известно, вызывают ТЕ. Исследования ТЕ будут жизненно важны для лечения этих болезней.

Когда я смотрю на совет директоров IllumaGen, я понимаю, что не убеждаю их. Они делают деньги на временных лекарствах. На препаратах, которые нужно использовать снова и снова. Мне нужно поговорить с главным источником прибыли IllumaGen — антибиотиками.

Сдерживая гримасу, я говорю:

— Мы уже знаем, что транспозоны в бактериях часто несут в себе ген устойчивости к антибиотикам. Представьте, если мы сможем найти способ предотвратить транспозицию этих транспозонов.

— Антибиотики можно будет использовать чаще, что приведет к росту продаж для нас, — заканчивает за меня операционный директор.

Мне неприятно, что эти люди рассматривают революционные, потенциально спасительные исследования как способ получения прибыли, но если это означает, что исследования будут продолжаться, я не могу жаловаться. Наука спасает жизни, но без денег нет науки. Это раздражает, но не зря же написание грантов — это работа.

Генеральный директор некоторое время изучает меня со странным выражением лица, прежде чем сказать:

— Значит, нам придется сократить бюджет в других местах.

— Не обязательно, — отвечаю я, заслужив его интерес. — Насколько я слышала, вы рассматриваете каждую область исследований как отдельный отдел, но если вы будете рассматривать их как междисциплинарные, — я вспоминаю доктора Денниса Слеймона, который разработал препарат от рака груди "Герцептин" на основе исследований противозачаточных средств, — вы сможете сократить много итеративной работы. Меньше работы, меньше химикатов и времени — это значит…

— Экономия денег, — перебивает финансовый директор.

Я киваю.

— Именно.

Когда разговор продолжается, Мэделин наклоняется к моему уху и шепчет:

— Это было потрясающе! — На мои нахмуренные брови она поясняет: — Эти парни — женоненавистники. Они ни разу не заговорили со мной, кроме как поздороваться. Как будто мое мнение не имеет значения, и неважно, что я закончила Уортон с отличием, а их финансовый директор — только с большим почетом.

Я сочувственно сжимаю ее руку и киваю, пользуясь возможностью прислониться к боку Ашера. И в бизнесе, и в научных исследованиях доминируют мужчины, а если соединить эти два направления, то получатся такие парни, как эти — придурки, которые даже не задумываются о том, есть ли у женщины достоинства. Я видела это раньше и увижу снова.

Ашер окружен такими мужчинами по работе, но он всегда уважительно относился ко мне. Он спрашивал мое мнение и всегда ценил то, что я хотела сказать.

Как я только осознала, насколько Ашер замечательный человек? Или я просто отрицаю?

Мужество и настойчивость —

волшебный талисман,

перед которым трудности и

препятствия исчезают как дым.