— Это Айли? — первая в себя пришла бабуля, разглядывая седую, исхудавшую женщину с морщинами на бледном лице. — Она. Моя девочка. Невероятно.

— Мама живая? Бабуля она дышит? — мне было невыносимо больно смотреть на измождённую женщину и признать в ней свою мать. Одежда почти вся истлела и на обнажённое старческое тело Зоркахар накинул свой плащ.

— Существование между Мирами не идёт на пользу. Хорошо, что смогла выжить. Не один день уйдёт на её восстановление, — Димарис сбросил с себя вторую сущность и предложил скорее покинуть это место. — Мы наделали много шума, который мог докатиться до города и взволновать местных стражников. Уходим.

Это было разумное решение, и мы его исполнили. Зоркахар взял на руки маму и бережно усадил в экипаж. Она приоткрыла потускневшие глаза, но никак на нас не реагировала.

— Как будто ей душу вынули, — тихо проговорила Мегарата и тягостно вздохнула, а моя душа как бы замерла, и я не понимала своих чувств. Лучше сказать, что их вообще не было. Не было ни радости, ни счастья, ни печали, ни волнений. Я находилась в прострации и не знала, что делать, как помочь.

— Она все эти годы находилась вне времени и пространстве. Понятно, что разум помутился. На него действовала эта величественная и убийственная Пустота, что обитает или существует в коридорах между Мирами. НИЧТО, — Димарис с интересом рассматривал маму, трогал за руку, прощупывал пульс.

Уже дома Мегарата сама вымыла свою дочь, переодела и уложила в постель. Я всё ещё находилась в шоке и неловко помогала бабуле. А вечером опять состоялся совет, на который явилась Верховная Ведьма Витаррия. Она не могла больше жить в неведении, стоять в стороне от таких событий и решила помочь своей воспитаннице и подруге.

— Ты приняла правильное решение. Пусть Владыко Антуран понимает, что имеет дело не с отдельным родом Ведьм, хоть и очень могущественным, а и со всем Ковеном на Амебусе. Так он легче пойдёт на уступки, — Мегарата обняла Витию, как она называла по — отечески Верховную и пообещала перевести значительную сумму золотом сёстрам и ещё подарить дорогие украшения. — Мне без надобности такие богатства. Пусть они послужат благому делу.

Понятно, что Витаррию такой дар ещё больше воодушевил и она была готова к любому сражению. На совете решили, что Димариса, как и говорили, отправят на Алдеран к гирронам, а мы четверо должны будем пробовать исцелить маму.

Колдун в библиотеку Академии прошёл без проблем. Он в своё время оказывал Главе этого прославленного заведения некоторые тайные услуги и поэтому, в какой — то мере, считался его, если не другом, то хорошим приятелем. Не так быстро, как он надеялся, но с помощью профессора Грикаруса, с которым они вместе сражались с призраками, ему удалось найти нужное заклинание. Однако, и тут его ждал подвох. Все свитки были написаны на древнем языке этого Мира, когда ещё его населяли местные аборигены. Люди и особи в те времена были больше похожие на диких животных.

— Тебе дружище поможет только Провидец Владыки гирронов Ваэронг. Ему точно уже перевалило за тысячу лет, — посоветовал Грикарус Колдуну. — У нас в Академии никто не знает этого дремучего языка.

— Хорошо, — Димарис поблагодарил профессора за помощь, — мне туда и нужно наведаться. Разговор предстоит трудный, но я очень надеюсь на мудрость и рассудительность вашего Правителя.

— Если нужна помощь, — охотно отозвался господин Грикарус, — то.

— Нет, — перебил его Колдун и поспешил откланяться. — Всё хорошо. Уверен, что мы решим проблемы к взаимному удовлетворению. Прощай. Спасибо за помощь.

Во дворец удалось пройти только когда Владыке передали, что прибыл посол от Верховной Ведьмы Витаррии. Свою речь Колдун говорил уверенно и даже фривольно.

— Ведьмы Ковена предлагают вам заключить с ними мировое соглашение, которое устроит обе стороны. Они снимают ваше проклятье, а вы перестанете преследовать их сестёр. Ещё помогаете перевести с древнего языка нужное для всех заклинание. Надеюсь, что ваш Провидец не откажет своему Правителю в такой незначительной просьбе.

— Почему я должен вам верить!? — Владыко просто пылал праведным гневом. — Никаких соглашений с ведьмами! Их нужно сжигать на кострах! Они опасны для всех народов. Вероломные создания Тьмы. Только убийство одной из этих тварей спасёт мой народ. Так говорит древнее придание, пророчество наших предков. Я готов ради этого пожертвовать даже своей жизнью.

— Ну, не стоит так горячиться. Вашему отцу не надо было обижать Ведьму и вообще с ней иметь серьёзные отношения. А теперь у вас нет иного выбора, как пойти на мировую, — спокойно парировал Димарис. — Одно дело казнить Ведьму за ужасное и доказанное преступление, и совсем другое — убить ради своего спасения. Чувствуете разницу? Против вас ополчатся все ведьмы Ковена. Даже, если вы таким диким способом и снимите, то прошлое проклятье, в чём я не очень уверен, то где гарантии, что не получите новое более изощрённое. Очень надеюсь, что месть в вашем сердце уступит место здравому смыслу. Вам не придётся жертвовать своей жизнью, если доверитесь ведьмам. Три ведьмы одного рода с виновницей ваших проблем для ритуала отдадут свою кровь на Алтаре Тьме и снимут проклятье. Пусть только Ваэронг расшифрует нужное заклинание. Вот у меня есть эти свитки.

— Хорошо, — эти слова после долгого молчания дались Владыке с трудом, — мы обдумаем ваше предложение. Пока тебе, как их послу, придётся погостить во дворце. Своё решение озвучу позже.

Владыко гирронов понимал, что Колдун посланник Ведьм прав, но не мог смириться, что его план, который он готовил многие годы провалился. Пришлось Правителю Алдерана собирать свой Совет доверенных лиц и к первому из них обратился с вопросом к Провидцу.

— Ведьмы Ковена выдвинули нам свои требования. Они могут провести альтернативный ритуал без кровопролития. Ну, кровь там прольётся, но ничья жизнь не пострадает. Что ты нам на это скажешь Ваэронг?