— Само собой разумеется...

— Ваше дело, миссис де Камилло. Меня только и приглашают подчищать за вами и вам подобными.

Маргарита собралась с духом и включила зажигание.

— Я еду.

— Вас понял.

Она поехала по служебной дороге к зарослям кустарника. Позади них виднелся залив. Низко висящие облака мрачновато подсвечивались огнями города. Воздух был сырым и тяжелым — собирался дождь. Внезапно над головой раздался громыхающий звук авиалайнера, заходящего на посадку в аэропорт Кеннеди.

«Бернис была не права», — подумала Маргарита, высматривая другой автомобиль. И, кроме того, как она могла оставить мысль о мести? Ведь речь шла о ее дочери! Дело делом, но Бэд Клэмс нарушил все законы их мира, тронул членов ее семьи. Это была, как выразилась миссис Палья, infamia — подлость, и теперь, как бы ни сложилась судьба Чезаре, он сам навлек на себя беду.

Маргарита знала, что идет на отчаянный риск. Но медлить было нельзя. Захватив ее дочь, Чезаре переступил черту и должен быть уничтожен! Она сама исполнит этот приговор.

На асфальтированной площадке между дорогой и спускающимся к заливу травяным склоном она увидела темный «линкольн», сидящий низко, как будто в засаде. Света в салоне машины не было, но, когда она подъехала ближе, загорелись дорожные огни. Маргарита остановилась, не выключая мотора, и впилась глазами в автомобиль, как будто могла проникнуть взглядом сквозь его броню и разглядеть в машине свою дочь.

«Франсина! — в отчаянии мысленно воскликнула она. — О Бернис, ты прекрасная, умная женщина, но не можешь понять того ужаса и боли, которые испытывает мать, когда ее ребенок в опасности».

Маргарита несколько раз сморгнула, потом медленно расцепила побелевшие пальцы, мертвой хваткой сжимающие руль.

— Миссис де Камилло. — Голос, раздавшийся в темноте, заставил ее задрожать.

«Дыши, — скомандовала она себе. — Дыши глубже».

— Да, — крикнула она в открытое окно машины. — Я здесь.

— Выходите из тачки и откройте все четыре дверцы. «Это займет не больше минуты, — говорила она себе медленно выходя из машины. — Так обещал Барнет, а я ему верю. Я должна ему верить».

— Теперь отойдите от тачки, чтобы мы могли видеть, нет ли кого-нибудь в вашей машине.

— Я обещала Чезаре...

— Я должен проверить, миссис де Камилло. Разное бывает, знаете ли. У меня приказ. Встаньте так, чтобы мы вас видели перед тачкой.

Маргарита сделала, как ей сказали, прикрыв сумочкой пистолет. Она уже убила человека, чтобы спасти свою жизнь, и знала, что ради спасения Фрэнси готова стать палачом Чезаре.

— Женщина в порядке, и машина тоже, — произнес тот же голос. — Она одна, как и обещала.

Хлопнула дверца, и Маргарита, щурясь от света фар, попыталась разглядеть кого-нибудь в машине. Это оказалось нелегко, оттуда, где она стояла, видно было плохо. Маргарита шагнула в темноту, но ее остановили.

— Будет лучше, если вы останетесь на месте, миссис де Камилло, — сказал другой голос, более глубокий и густой. — В машине ваша дочь, и уверен, что вы не хотите, чтобы с ней случилось что-нибудь плохое в этот поздний час.

У Маргариты от боли встрепенулось сердце.

— Фрэнси!

— Мама!

«Слава Богу! — Женщина облегченно вздохнула. — Дочь здесь!»

— С тобой все в порядке?

— Мама, что происходит?

Сердце Маргариты рвалось навстречу Фрэнси! Сколько пришлось пережить бедной девочке!

— Не волнуйся, ангел мой. Все в порядке. Чезаре просто хочет...

— Ну-ка, хватит сюсюкать! — прорычал грубый мужской голос. — Миссис де Камилло, меня зовут Марко. Теперь, когда вы убедились, что ваша дочь с нами, я хочу, чтобы вы подошли ко мне. Я стою у задней дверцы «линкольна». Влезете внутрь, я посажу к вам дочь и дело с концом. О вашей машине мы позаботимся.

— Ноя...

— Миссис де Камилло, делайте, что вам говорят, ни больше ни меньше. Имейте в виду, ваша дочь стоит прямо передо мной. Винни за рулем, и он вооружен. Я тоже. Мой пистолет приставлен к затылку вашей дочери. — Он понизил голос и обратился к Фрэнси: — Ну-ка, детка, скажи ей об этом.

— Он что-то прижал к моей голове, мама! — крикнула Фрэнси слегка дрожащим от страха и напряжения голосом.

— Хорошо, хорошо! — ответила Маргарита. — Я иду к вам. — Она вышла из света фар и направилась к Марко и Франсине. — Я сделаю так, как вы скажете.