— Ну, Бесс, мне пора. Чтобы добраться туда раньше их, я должен торопиться: дорога тяжелая.

— Поступай как знаешь, Дики, но все-таки надень пиджак. Скалы холодные. Можно простудиться и умереть.

Мы въехали на склон Элкхорн-Маунтин, и я оглянулся назад. Под утренним солнцем все зеленело, вдруг я уловил какое-то движение… и стал приглядываться.

Пыль? Она поднималась слишком далеко, чтобы ее различить. Может, дым? Или просто покачнувшаяся ветка? Я нахмурился. Но выглядело как пыль.

Хозяин прав. Наверняка Ролон Тейлор или Прайд Хоуви поставили кого-нибудь следить за Виноградным ручьем и Медным оврагом, потому что это единственные дороги к востоку от гор. Разумно повернуть на запад.

Техасский ручей? Если бы мы пересекли Арканзас возле Техасского ручья, то могли бы направиться в холмы, а оттуда в Денвер. Там, с хорошим адвокатом, есть шанс уладить дело. И все же что-то меня беспокоило.

Джефферсон Хенри, как и Прайд Хоуви, знал намного больше меня о судах и законе. Меня не устраивало также связаться с длинными судебными разбирательствами. Я предпочитал побывать за теми холмами, что ждали меня на горизонте.

Когда мы достигли ущелья, там уже собирались тени, но лишь местами, потому что солнце только устремилось к закату.

— Знаете, Молли, а не лучше ли нам вернуться в город, к Герману Шаферу и к железной дороге? Наши преследователи, естественно, не ожидают такого поворота. А все ответы, похоже, там.

— Вы уверены? Разве мы не старались оттуда убежать?

— Да, но в погоню пустились все наши враги. По крайней мере, большинство.

Чем больше я думал, тем больше мне нравилась моя идея. Мы их вытянули из города, и им не придет в голову, что у нас хватит смелости туда вернуться. В городе я свяжусь с Портисом, а через него с федеральными властями.

Там, где мы выбрались из ущелья, валялись полусгнившие деревья и обломки скал. Лошади шли шагом, когда я, поглядев на юг, заметил отблеск света на металле. Я пришпорил коня, и он испуганно прыгнул вперед, столкнувшись с лошадью Молли. Что-то крепко ударило меня по голове, и я почувствовал, что падаю. Конь выскочил из-под меня, я повалился среди обломков скал, перевернулся и закатился глубоко между ними. Я цеплялся за камни ногтями, пытаясь спастись, потом упал куда-то вниз и потерял сознание. Сквозь пелену темноты, закрывавшую меня, я, кажется, услышал еще один выстрел.

Лошадь Молли сделала прыжок, следуя за конем Майло Тэлона. Девушка попыталась остановить ее, но, вспомнив второй выстрел, въехала под защиту скал. Остановившись, она повернулась в седле.

Что-то зашевелилось в камнях, и сердце у нее ушло в пятки. И тут она увидела хозяина ранчо, того самого, у которого они купили лошадей!

Она с облегчением вздохнула:

— О, это вы! Да спаси вас Господь!

Молли взглянула туда, куда упал Майло, и ничего не увидела. Сочная зелень травы, несколько деревьев и кустов, то там, то здесь обломки скал. Тени становились длиннее.

— Нам надо ехать обратно на ранчо, — мягко предложил ранчеро. — Кажется, его убили. Утром я вернусь за телом.

— Но может, он только ранен!

— Он мертв. Умер. Отличный выстрел. А разве вы не слышали другого выстрела? Они рядом и сейчас будут здесь. Нам нельзя тут оставаться. Потом мы посмотрим все вокруг, но не сейчас. Идите со мной. Вы поживете с нами.

Молли с неохотой согласилась.

— Должно быть, вы правы. — Затем горько воскликнула: — Он не может быть мертв! Не может!

Ранчеро улыбнулся, беря под уздцы ее лошадь.

— Вы почувствуете себя лучше, когда перекусите. Бесс вас ждет. Вот удивится и обрадуется. Она хорошая женщина, и мне нравится делать ей маленькие подарки, чтобы побаловать.

— Но Майло?

— Завтра будет день. Если жив, то продержится до завтра.

Холодно… Мне было холодно, очень холодно. Начал поворачиваться и сильно ударился головой, потом выставил вперед руку. Ледяная стена, что-то холодное и твердое надо мной.

Я мертв? Нет, не мертв, раз чувствую холод и боль.

В какой-то момент меня охватила дикая паника, и мне пришлось бороться с самим собой за обладание телом. Осторожно я протянул руку. Камень. Каменная стена. Ощупал землю. Лежал на песке. Я мог поднять руку, она двигалась, но всего лишь несколько дюймов, дальше мешали каменные стены. Теперь мои глаза были широко открыты. С левой стороны пространство казалось немного серее, и я протянул руку туда. Пустота. Слева стены не было. Я начал осторожно двигаться, но остановился. Над моей головой что-то сдвинулось, посыпалась струйка песка, маленький камушек, несколько раз ударившись о каменную стену, упал рядом со мной.