Неожиданно меня осенило.

— Молли, кому-нибудь известно, сколько вы знаете?

— Трудно сказать. Не думаю, чтобы кто-нибудь догадывался, но…

— Как случилось, что вы сюда приехали? Я помню, что вы мне рассказали, но единственная ли это причина?

Она стушевалась, а я настаивал:

— Не хочу вас пугать, Молли, но мне кажется, вы должны учесть, что люди, ввязавшиеся в столь сложную игру, рассчитывают выиграть, им все равно, кто пострадает. Вы заметили довольно сурового старика, который на днях обе дал в ресторане? У него небольшой южный акцент?

— Да, помню.

— Его прозвали Арканзасец. На самом деле он, по-моему, из Миссури. Но не важно. Его зовут Бегготт, и он занимается уничтожением людей, которые мешают тем, кто его нанял. Не имею понятия, почему он здесь. Возможно, из-за меня, но не уверен, может, у него задание убрать кого-то еще. Мой вам совет: держитесь подальше от окон и не выходите каждый день в одно и то же время.

Покинул я ресторан через заднюю дверь.

Надеясь найти Пабло, зашел в маленький салун, в котором встретил его несколько дней назад. Вакеро там не оказалось. За тем столиком, где сидел он, примостились два мексиканца. Один из них показался мне знакомым, и я кивнул ему. Он лишь удивленно посмотрел на меня своими холодными черными глазами.

Пока я заказывал пиво, за моей спиной распахнулась дверь и вошли двое. Один, что пониже, подошел к противоположному концу стойки, второй плюхнулся на стул возле двери. Я взял бутылку и наполнил стакан.

Человек возле двери беспокоил меня. Если заходишь в салун, то за выпивкой. Так почему он там сидит?..

Повернувшись левым боком к бару, я взял стакан левой рукой. И тут человек у стойки повернулся ко мне лицом. Это был Коротышка.

— Я пришел попрощаться, — с издевкой произнес он.

— Что, уезжаешь?

— Нет, брат, уезжаешь ты. Выбирай: или ты уезжаешь сам, или тебя выносят.

Я судорожно соображал. Их двое. Едва ли Коротышка такой крутой, за которого пытается себя выдавать. Вот второй, что справа и немного сзади, действительно опасен. А мне, чтобы сделать два верных выстрела, требовалась большая удача. Только… Внезапно до меня дошло. Коротышка делает вызов, и, как только я схвачусь за револьвер, второй меня пристрелит. Хитрая уловка! Судя по их поведению, они проделывали ее и раньше.

— Ты и твой мексиканский дружок, — продолжал наступать Коротышка, — выгуливаете слишком много лошадей.

Вот оно! Сейчас назовет меня вором и…

— Вы просто пара проклятых…

То, что он хотел сказать, отрезал короткий страшный лай револьвера за моей спиной.

Отступив, чтобы увеличить поле зрения, и, не сводя глаз с Коротышки, я боковым зрением заметил, как человек у двери приподнялся со стула и свалился на пол. Из его руки выпал револьвер.

Мексиканец с твердым взглядом черных глаз стоял. Он смотрел на меня и улыбался, показывая все свои белые зубы.

— Он вынул из кобуры оружие, сеньор. Подумал, что собирается стрелять в меня.

— Конечно, — согласился я.

— Друг Пабло — мой друг, — добавил мексиканец, убрал револьвер в кобуру, слегка поклонился и вышел вместе с напарником.

Лицо Коротышки под щетиной бороды стало болезненножелтого цвета.

— Ты хотел что-то сказать, недомерок? Говори! Мы все тебя слушаем.

Он пытался ответить, но язык его не слушался. Наконец он выговорил:

— Ничего. Я просто поддерживал беседу.

— Ах, так! — усмехнулся я. — Тогда с Богом! Тебе тут больше ничего не светит. Садись на коня и сваливай. К югу отсюда полно свободных мест.

Он порылся в карманах в поисках мелочи, его глаза были пустыми, лицо осунулось.

— Не беспокойся, — остановил его я. — Выпивка за мой счет.

Он направился к выходу, и, когда дошел до трупа, я произнес:

— Не забудь дружка-то, мелюзга, только оружие оставь.

Неуклюже взяв покойника за плечи, он с трудом протащил его в дверь. Бармен посмотрел ему вслед и налил себе неразбавленного виски.

Когда я вошел, Пенни Логан готовила кофе. Она улыбнулась и указала на столик, за которым мы сидели в прошлый раз.

— Нашли, что искали? — поинтересовалась она.

— Не было времени во всем разобраться, — признался я. — Так, колесил по округе.

Взяв кофе с пончиками, я спросил:

— Вы когда-нибудь слышали о Натане Альбро?

— Конечно. Шахты, железные дороги, древесина, ранчо… Он занимался всем, и все на него работало.

— Он имел что-то, от чего не отказался бы Джефферсон Хенри?