Это было похоже на какой-то дикий наркотический трип, с трудом воспринимаемый человеческой психикой. Причём в тайге он оказался гораздо сильнее, чем в городе — видно, здесь этот Аспект развернулся в полную силу. Однако, если немного привыкнуть к нему, тут же начинаешь подмечать полезные свойства.

Сейчас я не пытался управлять деревьями, как там, возле сгоревшего трактира. Сосредоточился на том, чтобы охватить как можно больший участок леса. В таком состоянии, по-моему, мало что могло укрыться от моего взора — мне не мешала ни темнота, ни ветер, ни самые густые заросли, всё было как на ладони.

До самого монастыря у меня дотянуться не получилось, однако в паре сотен метров от себя я засёк троих незваных гостей. Держатся на некотором расстоянии друг от друга, медленно и осторожно продвигаясь через лес на север, тоже в сторону Знаменского скита.

Нефилимы. И, похоже, с Аспектом Зверя.

Странно. Вот уж кого я здесь точно не ожидал увидеть, так это упырей. Кто-то из Стаи? Или из немногочисленных сторонников Арамиса? Или вообще из бывших людей Барсенева…

Впрочем, чего гадать. Пройти мимо них у меня вряд ли получится. И оставлять их за спиной — тоже так себе затея… Правда, как незаметно подобраться к вампирам, учитывая, что слух и нюх у них, как у волков? Тем более что я и сам не очень умею скрытно передвигаться по лесу…

Нужно действовать как-то нестандартно…

Что ж, единственный способ не шуршать опавшей листвой и не хрустеть сухими ветками под ногами — это вообще не касаться земли.

Снова Аспект Воздуха. Взмываю над землёй, но на этот раз стараюсь двигаться как можно более плавно и осторожно. При этом больше возни было с тем, как бы удачнее расположить своё тело в воздухе. При быстром полёте оно как-то само собой располагалось параллельно земле, но сейчас приходилось сознательно манипулировать центром тяжести, чтобы не раскачиваться. В конце концов я выровнялся так, что парил в воздухе солдатиком, почти вертикально, немного расставив руки в стороны.

Держался метрах в двадцати над землей, в аккурат над верхушками деревьев. Албыс выпустил вперёд, словно охотничью собаку — она сейчас была моими глазами и ушами, потому что без Боевой формы лес внизу сливался для меня в сплошной тёмный массив без малейших проблесков. Луна вроде и взошла, но большую часть времени была скрыта тучами, так что темень стояла — хоть глаз выколи.

Вампиры двигались довольно быстро, и догнал я их совсем рядом с монастырём, да и то потому, что они остановились, собравшись вместе и издалека разглядывая руины, будто совещались о чём-то. Я не видел сверху их силуэтов, зато видел облачка красноватой эдры — их тонкие тела. Судя по ним, матерый только один. Похоже, даже с твёрдым карбункулом в Грудном узле. Остальные двое — вообще ни о чём. На один жевок.

В груди разгорался охотничий азарт, пальцы задрожали от предвкушения… Дело за малым — обрушиться на них сверху и, пользуясь их замешательством, вырубить старшего, поглотить его. С оставшимися и вовсе не будет проблем…

Стоп. Я и правда превращаюсь в какого-то хищника, которому только бы убивать и пожирать — бездумно, без эмоций, заботясь только о наращивании собственной мощи. Но я ведь даже к той, что есть, ещё толком не адаптировался. Да и вообще — стоит для начала узнать, что это за люди, и зачем они здесь…

Несмотря на то, что я подлетел сверху и подветренной стороны, похоже, упыри что-то успели заметить. А может, просто расслышали шорох одежды во время моего падения. Потому что я действительно упал на них метров с десяти, в полёте вырубив Аспект Воздуха.

Приземление, впрочем, получилось относительно мягким — я переключился в Боевую форму, а под Укреплением меня можно было хоть в кирпичную стену с размаху швырять. Сапоги с разгона ощутимо вмяли мягкую землю, колени подогнулись, и я кувыркнулся вперёд. Почти сразу же переключился на ядро Яг-Морта и дал мысленную команду задержать противников, сковать их.

Земля вокруг меня зашевелилась, из неё с поскрипыванием и влажным хрустом вырвались какие-то не то корни, не то лозы, похожие на шевелящиеся щупальца. Все трое упырей, отпрянувшие от места моего приземления, влипли в ловушку, как мухи на клейкую ленту. Зарычали, пытаясь вырваться, но корни обвивали их всё крепче, двигаясь от ног к плечам. Четверть минуты — и всех троих спеленало так, что они могли только головами крутить и скалить зубы.

— Тише, тише, мои клыкастые друзья, — зашипел я, а самому младшему, который рычал громче остальных, влепил подзатыльник.

К моему удивлению, старший из упырей меня поддержал.

— Тише, Родька! Услышат.

Вампирёныш и правда замолчал, лишь зло уставился на меня светящимися жёлтыми глазами. Мальчишка совсем, лет шестнадцать, не больше.

Старший же напомнил мне Демьяна — такой же седой, бородатый, матёрый. Возраст в его случае угадывать было бесполезно — ему с равной вероятностью могло быть и шестьдесят, и сто шестьдесят. Глаза в темноте тоже горят звериным огнём, лицо со шрамом на переносице жёсткое, тёмное, будто вырезанное из дерева, клыки влажно поблескивают под верхней губой.