Парень положил передо мной листки. Я взяла один из них дрожащими руками, это был запрет на выезд из страны, датированный сегодняшним днём.

– Вам нужно подписать его. Адрес вашего проживания там уже указан, вы обязаны находиться там и приехать в участок по первому требованию полиции. – Во рту стало совсем сухо. Адрес, указанный в протоколе, мне был хорошо знаком. Дом Карабинера.

– Я не совершала ничего, что там…

– Да да да. – Закивал парень, зевая. – Давайте без этого, у меня много работы, правда.

Ему было абсолютно всё равно на мою судьбу и проблемы.

– Я пришла сюда попросить помощи. – Решаю попробовать отстоять свои права.

– Послушайте. – Секретарь теряет терпение, скрещивает руки. – Главному консулу утром позвонил сам Зейд Хегазу и попросил встретить Вас сегодня и организовать подписание всех необходимых документов, помочь в решении вашей проблемы. Я не думаю, что мы можем помочь Вам больше, чем господин Хегазу.

Парень сказал это очень многозначительно, откровенно намекая на мою связь с Карабинером. Лицо стало пунцовым, тут же захотелось спрятаться в бумагах.

Зейд ничего не говорил мне про посольство, когда уходил утром. Он что, просто угадал, что я решу заглянуть сюда?

Мне оставалось лишь подписать послушно документы и встать из-за стола, тут мне помогут. Бюрократы не видели ничего кроме своих бумажек. Если я решу сказать что-то про Карабинера, то лишь наживу проблемы.

В коридоре меня уже ждал Зейд в форме, он говорил с мужчиной лет пятидесяти в дорогом костюме. Они беседовали непринуждённо, как старые знакомые.

Карабинер стоял широко расставив ноги и спрятав руки за спину, военная выправка давала о себе знать. При виде меня он тепло улыбнулся и подозвал жестом, и только я знала, что скрывается за этой ледяной теплотой.

– Виктор, это Ната, девочка, о которой я тебе говорил. – Зейд положил руку мне на попу, слегка сдавив её и не оставляя сомнений, чья я девочка. – Спасибо, что быстро всё организовал.

– Всегда рад тебе помочь, Зейд. Ты много помогаешь нам и такой пустяк мне только в радость. – Мужчина повернулся ко мне и одарил светским кивком. По бейджу, прикреплённому к пиджаку, я поняла, что это и есть главный консул. А значит, в посольстве помощи искать не стоит. – Не буду Вас задерживать, было приятно встретиться, Наталия. Береги девушку, Зейд, видно, что очень хрупкая.

Мужчины попрощались, и мы вышли из здания в обнимку. Зейд неторопливо шагал с хитрой улыбкой на лице.

– Так предсказуемо, Ната. Я надеялся, что ты меня всё же удивишь и не будешь делать глупости. – Это было единственное, что он сказал мне. Зейд усадил меня в машину и занял водительское место. По его лицу невозможно было угадать степень злости.

– Ты говорил, что дело будет закрыто. Документы уничтожат о моём пребывании в тюрьме. Очередная ложь? – Только сейчас до меня дошло, что я могу в любой момент вернуться в тюрьму.

– Не совсем. – Зейд усмехнулся, оттягивая ворот рубашки, плотно прилегающий к могучей шее.
– Когда я это говорил, я действительно занимался уничтожением всех следов.

– Тогда почему в посольство пришли документы сегодня утром о моём содержании? – Я не понимала его. Как не пыталась, не могла разобрать чего мужчина хочет.

– Решил перестраховаться. Не хочу искать тебя по аэропортам и снимать тебя с рейсов. Так тебе будет закрыт выезд, и ты больше не будешь дёргаться и бегать в посольство. – Меня поразило с какой лёгкостью он распоряжался моей судьбой, ломая её. – Ещё вчера было понятно, что ты побежишь жаловаться.

Зейд обладал поразительной интуицией.

– А если бы я не пошла?

– Сказал бы, что ошибся и отозвал документы. – Получается, я сама себе подписала запрет на выезд? И я теперь виновата?

– Как долго это будет продолжаться? Я теперь буду твоей заложницей? Или с тобой, или в тюрьму? Я могу выбрать тюрьму? – Мужчина окинул меня таким взглядом, что я мигом прикусила язык. В тюрьму мне не хотелось. Выбирая между Зейдом и тюремными порядками, я предпочитала Зейда даже сейчас.

– Дело будет открытым, пока ты не заслужишь моё доверие. Когда я буду уверен в тебе, его закроют, как я и обещал. Паоло сядет в тюрьму.

– Очень ёмкий ответ.

– Я смотрю, у тебя борзометр вырос. – Мужчина повышает голос. А я, кажется, становлюсь меньше ростом. – Не путай доброту со слабостью, Ната. Я могу вернуть тебя в тюрьму и потрахивать там, когда мне захочется. Трахать грубо без поцелуев, чисто, как мне нравится, не волнуясь, кончишь ты или нет… Вместо этого у тебя практически полная свобода действий, всё, что нужно от тебя, держать рот закрытым, вести себя прилично и расставлять ноги, когда потребуется. И не нужно плакать, когда ты пришла ко мне, ты знала на что шла.