«Да. Одного желания никогда не достаточно».

Шикши смотрели выжидающе, приподняв брови-кору на своих лицах. Асаль сделала глубокий вдох и решилась:

— Чтобы история не повторилась. Если Старый Лес будет озарён настоящим светом детей Солнца, то сюда больше не сможет прийти тот, кто лишь присвоил себе имя света.

Съехавшую с дороги торговую телегу выталкивают впятером: человек-торговец, два его охранника, котуля-проводница и…

— Посторонись, мать вашу ёлку! Чего вы дохлые такие, травой вскормленные, что ли? А ну дай!

Пятый — гном. Самый настоящий гном из подземного Гимбла — волосы, забранные в высокий хвост, бритые виски с татуировками-наковальнями, гигантский молот за плечами, который гном и не подумал отцепить в пути или выталкивая с обочины телегу.

— Посторонись, говорю, ну, брысь отсель, мать твою кошку!

Илидор остановился, привлечённый голосом гнома и не верящий своим глазам. Телега, словно пнутая под зад мощными гномскими руками, выехала на дорогу. Ездовой мураш, только освобождённый от упряжи, косил на неё круглым глазом.

— Конхард? Конхард Пивохлёб?!

Вопль золотого дракона всколыхнул подлесок, прокатился по улицам сонного утреннего селения и запутался в ветвях самых высоких кряжичей.

— Эге! — заорал в ответ гном. — Эгей, Илидор! Наконец-то я тебя отыскал!

Золотой дракон расхохотался и пошёл навстречу старому приятелю. Илидор только вылез из воды, из стремительной и по-утреннему холодной речушки. Одежду натянул прямо на мокрое тело, и утренний жар, который уже начали испускать кряжичи, всеми силами теперь трудился, испаряя воду с одежды и волос Илидора. Крылья демонстративно висели мокрыми тряпками, выражая своё неодобрение утренними купаниями в прохладной воде.

Конхард поджидал Илидора, уперев руки в бока и лыбясь во весь рот, в котором не доставало нескольких зубов. Он любовался драконом, как любуются творением собственных рук, удачно расположенным на самой видной, почётной полочке: Конхард в своё время очень помог Илидору, и как знать, где был бы теперь золотой дракон, если бы несколько месяцев назад в таверне недалеко от эльфского города Шарумара ему не встретился Конхард Пивохлёб. Если бы Конхард не помог Илидору попасть в гномский город Гимбл, если бы не предложил приют в своём доме, если бы жена Конхарда Нелла не оказалась рядом с драконом в тот день, когда ему нужно было принять одно из труднейших решений, если бы она не задала Илидору правильные вопросы и не нашла для него нужные слова. Если бы Конхард при первой встрече не отдал дракону выкованный в Гимбле меч… это уже потом Конхард надоумил главу своей гильдии выковать новый меч, специально для Илидора.

Кто знает, что было бы тогда с золотым драконом и каким стал бы его путь.

— Как тебя занесло в эти края? — шумно удивлялся Илидор.

Его голос был полон такого восторга и воодушевления, что взбодрились даже листья на ближайших кряжичах, а жители двух-трёх приречных домов внезапно проснулись окончательно и тут же исполнились рвения приняться за всякие давно откладываемые дела.

— Занесло, занесло! — подтвердил Конхард Пивохлёб, и в углах его глаз смеялись весёлые морщинки. Махнул стоящим у телеги людям: — Давайте без меня!

Гном и дракон сердечно обнялись и старательно поколотили друг друга по спинам. На спине Илидора от хлопков Конхарда неодобрительно чвякали мокрые крылья, а сам Илидор выбил из стёганой куртки Конхарда несколько впечатляющих клубов пыли, частично тут же осевшей на ладонях дракона.

— Как ты попал сюда? — тараторил Илидор. — Ты правда меня искал? Что в Гимбле? Как Нелла? А с бегуном?.. Король разрешил механистам ходить в подземья за машинами? А та большая переплавка…

— Да погоди, годи! — замахал руками гном и вдруг отвёл глаза. — Не всё сразу же, ф-фух! Дай хоть отдышаться с дороги!

— Да ты отлично дышишь, — рассмеялся Илидор, и вдруг его улыбка слиняла с лица.

Оно вмиг стало совсем другим, это драконье лицо — словно его весёлое сияние лишь привиделось. Теперь Илидор вдруг разом стал выглядеть на десять лет старше: лучистое золото глаз вылиняло до тусклого бледно-жёлтого, очень заметной стала морщинка между бровей, которая появилась у дракона в тюрьме Донкернас, линия скул и кончик носа как-то очертились, заострились. Едва слышно шоркнули напрягшиеся крылья, раздражённо стряхнули с себя капли воды, приподнялись горбиком над лопатками дракона.

— Конхард, что происходит? Почему ты здесь и что у тебя с лицом?

— Гм, — Конхард потупился, сделал полшага назад, так и не подняв взгляда на Илидора, и заговорил поспешно, примирительно, немного даже заискивающе: — В Гимбле много чего нового начало делаться в сезоне гулкого молота, Илидор, и тебе б понравилось это новое, точно говорю! Король Югрунн отправил уже три экспедиции в ближние и средние подземья, три разом, представляешь? — все в разные стороны, и с экспедициями много помогает Кьярум, ну ты ж помнишь его? Кьярум Пеплоед, который прежде был с грядовыми воителями. Вроде вы встречались в подземьях?