Лиллиан сглатывает.

— Совсем нет.

— Кофе? — Я возвращаюсь к приготовлению завтрака, пока она приходит в себя от визуального образа, который я создал. Если она в игре, то нет причин, по которым мы не можем воплотить это видение в жизнь как можно скорее. В конце концов, сегодня воскресенье.

Я протягиваю ей чашку кофе, она отпивает глоток и стонет.

— Боже правый, это потрясающе.

Я снова улыбаюсь про себя, думая о том, как она говорила то же самое прошлой ночью, когда я был глубоко внутри нее.

— Могу я помочь? — Ее голос ближе, и когда я поворачиваюсь, девушка стоит прямо позади меня, не сводя взгляда с моей задницы.

— Будешь продолжать так пялится на мою задницу, и мы не сможем позавтракать.

Она усмехается в свою кружку.

— Я справлюсь. Почти закончил.

— Где ты научился готовить?

Я кладу на тарелку два кусочка французского тоста и начинаю делать еще два.

— Это сексистский вопрос.

— Нет, я имею в виду… Наверное, я просто предположила, что у тебя есть люди, которые готовят для тебя.

Я передаю ей тарелку и ставлю рядом бутылку сиропа, чувствуя себя немного неловко из-за снобизма, особенно зная, что она абсолютно права.

— Так и есть. — Я протягиваю ей вилку и надеюсь, что она не заметит тисненое название бренда на ручке. — Я обратил внимание, когда она готовила.

— Хадсон, святое дерьмо! — восклицает она с полным ртом. Она жует, глотает и снова откусывает.

Слава богу, что у нее короткий период внимания.

Со стоном, девушка закатывает глаза.

— Так. Вкусно.

Она такая чертовски милая, что я не могу этого вынести. Поэтому наклоняюсь и запечатлеваю поцелуй на ее сладких от сиропа губах.

Ее глаза расширяются, когда она смотрит, как я слизываю липкую сладость со своих губ.

— С твоих губ вкуснее. — Чтобы снова не усадить ее на остров и не снять с нее эти штаны, я поворачиваюсь к плите.

Мы едим на кухне. Я делаю еще несколько порций, прежде чем она, наконец, говорит, что наелась. Лиллиан ополаскивает посуду, а я ставлю ее в посудомоечную машину, пока та расспрашивает меня о моих любимых рецептах. И заставляет меня пообещать, что я приготовлю их все для нее. Без проблем, черт возьми. Любой предлог, чтобы вернуть ее в мой дом.

— Ты слышишь это? — спрашивает она, пока я кладу последнее блюдо в посудомойку. Откуда-то неподалеку доносится отдаленная вибрация.

— Это телефон?

— Мой телефон. — Она пытается проследить за вибрацией. — Где он?

— Я не уверен. Вчера вечером я был немного занят.

— Сумочка! — Она достает свой крошечный клатч откуда-то из-за двери и выуживает телефон.

— Все в порядке?

Она прикусывает губу, набирая быстрое сообщение.

— Угу.

Интересно, это Элли беспокоится о том, как все закончилось прошлой ночью? Нам так и не удалось толком закончить наш разговор о ее новой работе. Я жду, пока девушка положит телефон обратно в сумочку, прежде чем перейти к деликатной теме.

— Я не знаю, как спросить об этом помягче, поэтому просто спрошу.

Она хмурит брови и улыбается.

— Хорошо.

— Ты сопровождаешь полный рабочий день?

— Что?

— Не нужно лгать мне, Лиллиан. Я знаю, что ты в трудном положении после того, как тебя уволили…

— Я не работаю в эскорте!

— Но вчера вечером ты сказала…

— Ты решил, что я кого-то сопровождаю. Я просто не стала тебя поправлять. И пошла на вечеринку с Элли, чтобы наладить контакты.

Ее признание развязывает миллион узлов в моей груди.

— И это сработало. — Она достает из сумочки небольшую стопку визиток.

Я беру их у нее.

— Макс Хершки. Лжец и мошенник. — Я отбрасываю его визитку. — Питер Сент-Джеймс. Серийный изменщик своей жене, и он не дает чаевых. — Отбрасываю его карточку. — Такер Лорд. Обвинения в изнасиловании сняты, потому что его дядя — судья. — Выбрасываю его карточку в мусор. — Конлин Мур. Он порядочный парень. — Я возвращаю ей карточку. — Николас Редмонд. Черт, нет. — Я разрываю карточку на две части и выбрасываю ее в мусор. — Тебе лучше не знать.

Она смотрит на единственную карточку в своей руке и убирает ее обратно в сумочку.

— Ты знаешь, что мне не нужна была бы другая работа, если бы…

— Я знаю. — Я прикусываю зубами нижнюю губу, потому что, по правде говоря, хочу, чтобы Лиллиан вернулась в «Норт Индастриз». Но тогда бы я открыто встречался с сотрудницей. Потому что мы начали кое-что прошлой ночью. То, что мне очень хочется продолжить.

Лиллиан

— Который час? — спрашиваю я у Хадсона, перебирая пальцами его волосы, пока его щека прижата к моей голой груди.