— Полностью согласен, ваше Императорское Величество. Но я бы мог взять Ковалевского на поруки.

— Я пересмотрю это дело. В порядке исключения сократим вашему Ковалевскому срок на пять лет.

— Благодарствую…

— Но если он вновь возьмется за старое — поедет в Сибирь уже на пожизненный срок…– вздохнул император. — Хорошо, ступайте, Никитин… впредь надеюсь на вашу честность и порядочность. И всегда помните, что вы теперь доверенное лицо императора.

Я слегка поклонился и быстро вышел из кабинета.

Когда мы с Аглаей возвращались из Эрмитажа, заглянули в торговую лавку. Я купил супруге парадный бежевый редингот, которые сейчас чрезвычайно модны в Петербурге, новую юбку и плащ. По дороге в гостиницу Аглая спросила:

— Андрей, ты так и не рассказал о своем визите к императору.

— Аглаша, Николай Павлович сделал мне важное предложение.

— Какое еще предложение?

— Скоро мне придется уехать на Николаевскую судоверфь, военным инженером. Будем строить боевые корабли.

— Разве… кроме тебя некому строить боевые корабли?

— Скоро понадобится очень много кораблей. Будет сильный Флот — будет и сильная Россия.

— Вы — мужчины, ваше дело сталь и свинец… так еще дед говорил. Я не буду тебя отговаривать, Андрюша… стройте свои корабли.Тем более, если сам император наказал. Только бы проклятой войны не было…

Я заметил, что супруга слегка расстроилась. Когда мы почти подошли к гостинице, Аглая спросила:

— А какой он, император? Говорят, огромный, как царь Петр?

— Высокий, но наш Герасим повыше росточком будет. Мы с Николаем Павловичем даже наедине немного побеседовали.

— Да ты что, Андрюша!

— Я за инженера Ковалевского просил. Думал освободит… но нет, только срок сократил.

— Сумасшедший ты… царь-батюшка не любит политических. Матушка мне как-то говорила, Николай Павлович только Пушкина из ссылки освободил, он страсть как не любит вольнодумцев и мятежников… все же знают что произошло, когда император только на престол входил…

— Аглая, а ты что думаешь, разве справедливо, когда один крепостной, а другой барин? А если взять какого графа, тот вообще за всю жизнь палец о палец не ударит, а живет в роскоши…

— Что же… так Господь рассудил. У каждого своя доля. Вот и я бы наверняка всю жизнь была крепостной, если бы не встретила тебя… Андрюша, я вчера еще сказать хотела…– Аглая остановилась и внимательно взглянула на меня.– Дитё у нас будет…

— Так это… радость-то какая! Девочка моя…

Я обнял супругу и поцеловал в губы. Она ответила на поцелуй и крепко прижалась ко мне.

Мимо прошла пожилая женщина в модной шляпке и улыбнулась.

Утром я побрился, надел свежую рубаху, парадный сюртук, тонкие брюки-дудочки, вышел из гостиницы и направился в Адмиралтейство. Было ровно восемь. Что же, похоже, сегодня начинается новая глава в моей жизни…

Министр Меншиков встретил меня радушно. Оказалось, все бумаги на меня уже справили еще вчера. К десятому сентября надлежало явиться на Николаевскую судоверфь.

Князь вызвал контр-адмирала Алешина и предложил вместе съездить на судоверфь, посмотреть новый линкор «Архимед». С нами также поехал военный инженер Герман Бронский, крупный мужчина гренадерского роста.

Корабль действительно оказался впечатляющим. Мы прошли по палубе, инженер показал трюм, где расположили паро-винтовой двигатель. На линкоре оставили и паруса. Я внимательно осмотрел батарейные пушки и отсеки. На корабле еще стоял терпкий запах древесины.

— Корабль подобного класса только один в России? — поинтересовался я.

— Пока один. Но в Николаево недавно заложили под строительство винтовой линейный корабль «Цесаревич»,– произнес контр-адмирал.– Он будет еще больше. Сто тридцать пять пушек. Скоро сами увидите это чудо.

— Хотите знать мое мнение? Я считаю, совершенно ни к чему такое огромное количество пушек. Достаточно установить тридцать пушек, но чтобы они были убойные и наносили значительный урон кораблю противника. И вообще, пора начать эру железного судостроения. Деревянные корпуса кораблей плохо сочетаются с мощными паровыми двигателями.

— Железо будет ржаветь в морской воде,– возразил инженер.

— Достаточно покрытие железа несколькими слоями суриковой краски. Железные суда прочнее, долговечнее, обладают большей грузоподъемностью и скоростью. Хотя и значительно дороже по себестоимости.