Шрифт:
Рэнди наклонился вперед поближе к Джимми.
— Если ты что-то знаешь, Джимми, расскажи об этом нам. Может быть, мы сможем помочь.
— Один из моих клиентов так с неделю или полторы назад...
Голос Джимми стал едва слышен. Мог ли он в этом признаться? Он поклялся: то, что с ним случилось, будет навсегда забыто и похоронено, он никогда больше не вернется к этому даже в мыслях. И, конечно, никому не расскажет.
— Он, черт возьми, взял меня к себе домой.
— Ты поехал домой к этому типу? Глупо.
— Да, знаю, но он собирался заплатить мне сорок баксов, а мне были нужны деньги.
— За деньги? Так ты отправился с ним за деньги?
Джимми на минуту задумался, быстро соображая, что делать: лучше быть честным или толку не будет.
— А, черт, — сказал Джимми и закрыл глаза. — Дело в том, что этот тип вынудил меня. Я попытался стащить у него деньги, но, понимаешь, дело обернулось для меня паршиво. Короче говоря: он ухитрился отобрать у меня нож и заставил меня поехать с ним. Вопрос стоял так: или ты это сделаешь, или умрешь.
— Ясно. Что случилось?
— Понимаешь, он привез меня туда... в общем, он псих, ему надо связывать людей и тому подобное.
Джимми посмотрел на Рэнди, чтобы понять его реакцию, и увидел только интерес, но никакого осуждения.
— Так он связал тебя?
— Ага.
— И что случилось дальше?
Джимми уставился на пол.
— Он меня изнасиловал.
Рэнди кивнул:
— Что, тебя никогда не трахали?
— Ну да, конечно, трахали. Если ты не покладист, не заработаешь ничего.
— Так что же случилось, Джимми? Тебя вынудили делать какие-то ублюдские фокусы? Это, конечно, неприятно, но, черт, все дело в твоем ремесле, парень. Я все еще не понимаю, какое это имеет отношение к тому, что происходит с тобой сейчас.
Джимми знал, что должен рассказать Рэнди все.
— Это ублюдок не просто придурок. И он не просто трахнул меня. Он псих, помешанный на религиозной чуши, потому что когда он это вытворял со мной, он выкрикивал какие-то молитвы.
Джимми снова уставился в пол и забормотал:
— Пока он старался меня изувечить, он заставлял меня есть отбросы — пишу со своей спермой и тому подобное дерьмо... Он заставлял меня терпеть, чтобы по мне бегали тараканы. Он хотел, чтобы я ел его долбаное дерьмо. Как это тебе нравится? Он псих. Ты когда-нибудь слышал, чтобы это делали кулаком? Он запихнул весь свой...
Джимми фыркнул и отвел глаза.
— Даже пока он все это делал, а я лежал связанный и из моего зада текла эта долбаная кровь, тип вопил что-то вроде: «Наш Отец» и тому подобное дерьмо. Я не понимал, что происходит и что будет дальше.
Рэнди не произносил ни звука. Он поднялся, наклонился к Джимми, крепко обнял его и сказал:
— Похоже, что все действительно очень скверно.
— Я думаю, этот тип собирался меня убить. Убить меня. Это был не просто шизик, — шептал Джимми. — Я хочу сказать, тип опасно болен... и давно. Мне и раньше приходилось иметь дело со свихнутыми. Но это что-то другое, это больше чем просто псих. Понимаешь, что я хочу сказать?
Когда наконец Джимми посмотрел на Рэнди, тот, казалось, был погружен в свои мысли.
— Этот парень говорил с тобой о том, что это, мол, урок для тебя и все, что он делает — для твоей же пользы?
—Да.
— Он использовал «Криско»?
— Да, как ты..
— А было такое, что в какой-то момент он казался тебе совершенно съехавшим с катушек, а в следующий — становился довольно мил?..
— Так ты знаешь, кто это, да?
Джимми изумленно уставился на Рэнди.
Рэнди кивнул.
— Его зовут Дуайт Моррис. Я знал его давно, в те времена, когда промышлял на улице. Он часто здесь появлялся, потом ударился в религию или что-то в этом роде. Так я слышал. Перестал здесь бывать.
Некоторое время Рэнди соображал.
— Сукин сын. Я думал, что никогда больше не услышу о нем.
Джимми вздохнул, чувствуя некоторое облегчение. Рэнди знал его имя. Он знал его имя!
— Знаешь, — сказал Джимми, — теперь мы могли бы этим заняться. Могли бы прищучить этого подонка. Заставить его за все заплатить.
Рэнди встал, приложил палец к губам Джимми.
— Шш. Не мы — я. Эта мразь опасна. Судя по тому, что я слышал об этом говнюке, тебе повезло, что ты выбрался оттуда живым. Ты останешься здесь.