— Для твоего больного удовольствия? — рычит Элли. — Еще один способ выставить меня идиоткой?

— Нет, — огрызаюсь я. — Чтобы подставить Линка.

— Ты манипулировал мной! Но зачем? Ты собиралась позволить ему трахнуть меня?

— Нет, блядь! — кричу я, и от этой мысли моя кровь закипает.

Он никогда больше не подойдет к ней, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться. У нас с Ченсом был план. Он собирался привезти ее к себе домой и попросить Линка встретить их здесь. Я должен был их ждать. И как только он прикоснется к ней, я вмешаюсь. У меня были доказательства того, что в ее спальне перед вечеринкой по случаю помолвки он уже заставил Элли встать перед ним на колени, и она уже была моей женой. Я не хотел, чтобы он к ней прикасался, но понял это слишком поздно, иначе остановил бы это еще до того, как это произошло. К черту последствия.

— Как только Линк приблизился бы к тебе, я собирался вмешаться. В глазах Лордов это преступление — трахать чужую Леди без разрешения ее Лорда.

Она откидывает назад голову, издав грубый смешок.

— Я забыла, что Леди не может получить член нигде, кроме как от своего Лорда, но он может трахать кого захочет, — она упирает руки в бока. — Точно так же, как ты трахал Амелию все то время, что мы были женаты. Так что вместо того, чтобы быть твоей половиной, я стану той, к кому ты будешь возвращаться домой натрахавшись с ними, — Элли снова грубо смеется. — Ты воплотил мои мечты в реальность, Син.

Я делаю глубокий вдох и подхожу к ней.

— Это ты раздвинула ноги для других.

Она задыхается.

— А вот я не трахался ни с кем, кроме тебя.

— Ну, я тебе не верю, — она кладет руки на бедра и выпячивает одно. — Я видела тебя.

«Видео, о котором говорила моя сестра».

— Я могу объяснить это…

— Конечно, можешь. Уверена, что это будет очередная ложь, которую я не смогу доказать. Но я буду честна с тобой: я сосала член Линка.

Элли пытается сделать так, чтобы это прозвучало так, будто она этого хотела. Как будто Линк не шантажировал ее этим. Я понимаю. Она хочет причинить мне боль, как я причинил ей. Но она понятия не имеет, что я делал и чего нет.

— И что ты чувствуешь? — рявкает Элли на мое молчание.

Я подхожу к ней, прижимая ее спиной к стойке, и она втягивает воздух, когда я обхватываю ладонями ее лицо

— Я видел, как ты стояла на коленях в своей спальне перед ним, Элли.

От моего признания ее глаза наполняются слезами и начинают дрожать губы.

— Я знаю, что он заставил тебя. И знаю, что ты сделала это ради меня.

Вздохнув, я добавляю:

— Мне очень жаль, но я увидел это постфактум. Я никогда не прощу себя за то, что не смог защитить тебя.

Элли смотрит на меня, прищурив полные слез глаза, а затем бьет по лицу.

— Ты сукин сын…

— ХВАТИТ! — кричит ее отец, и она вздрагивает.

Думаю, она забыла о его присутствии. А я нет. Мне просто похуй, знает он или нет. Она моя. Никто не может отнять ее у меня.

Она делает глубокий вдох, встречается со мной взглядом, и по ее щеке, наконец, скатываемся первая слеза.

— Я ненавижу тебя, — удается ей произнести сквозь стиснутые зубы.

Слова ничего не значат для меня, потому что это не имеет значения.

— Ненавидь меня сколько хочешь, но я все еще твой муж, и никто не может этого изменить. Даже ты.

ЭЛЛИНГТОН

«Женаты?»

Я миссис Истон Синнетт?

Он видел, как я отсасывала Линку в моей спальне? Как?

Мое сердце колотится от его предательства. В этот момент я не могу определить, что правда, а что ложь.

— Думаю, нам нужно присесть, — нарушает молчание отец, а Син делает шаг назад, давая мне возможность перевести дух, и я провожу рукой по волосам.

Следуя за ними в гостиную, я сажусь на диван, убедившись, что между мной и Сином достаточно места. Мой разум кричит мне, что я должна быть в ярости, но в то же время твердит: «я же говорил тебе, что он не закончил с тобой». Я знала, что все сказанное Сином в его ванной в доме Лордов, было лоью. Я была для него чем-то большим, чем просто трах. Но что я жена никогда не приходило мне в голову.

Я замужем за Истоном Брэдли Синнеттом. Хотела бы я кричать об этом на весь мир. Но очевидно, что мы должны держать это в секрете. Надеюсь, не навсегда.

Син первым нарушает молчание.

— Я разговаривал с Ченсом. Он отменяет свадьбу.

Я хочу проигнорировать его, но не могу удержаться и спрашиваю:

— Почему? Ты сказал, что нам нужно, чтобы это произошло. Выглядело правдоподобно.

Мой голос тихий. Дрожащие руки сложены на коленях. Я пытаюсь успокоить свои нервы. Мне хочется надавать ему по лицу и трахнуть прямо сейчас. Я никогда в жизни не была так растеряна, а это о многом говорит.

— Да, — отвечает Син. — Но это было до того, как к нашей двери подбросили твоего отца.