— И под что хотите?

— Папа говорит, можно спортивное что-нибудь организовать. А я вот подумала про танцы, кто-то на кругу говорил…

— Любимая, так это ж классно!

— Да, только бесплатно, боюсь, не получится. Надо как-то хотя бы содержание окупать. Не знаю, как ваши бедные студенты потянут…

— Обсудим. Надо тебе определиться, сколько ты хочешь получать за час, и с этим уже идти.

— А я примерно определилась. Точнее, я позвонила да поспрашивала. Двадцать пять-тридцать тысяч за час просят. Двадцать пойдёт? На толпу-то, наверное, можно раскидать?

В дальнем конце магазина снова засверлило.

— Так у тебя работает кто-то что ли?

— Папа, наверное. Пошли, посмотрим.

Папа, увидев нас, обрадовался:

— А я-то думал, как сейчас корячиться буду? Вова, поможешь?

Пропомогали мы целый час, и папа сказал:

— Ну что, пошли, что ли, к нам чай пить?

Я с сомнением покосилась на Вовку.

— Пошли-пошли! — пресёк нашу попытку слинять папа. — Помощников — и не накормить? Непорядок!

Чай, понятное дело, вылился в супы, котлеты, пироги…

Вовка глянул на наручные часы.

— Слушай, может уж тогда и на тренировку сгоняем? Заодно поговорим про зал.

Народу по причине мокроватого снежка на тренировке собралось раза в два поменьше, чем летом — то есть не шестьдесят человек, а где-то тридцать. Однако, среди этих энтузиастов нашлась дивная дева с зелёными волосами, которой и принадлежала идея массово учиться старинным танцам (или типа того). Мы с ней обменялись телефонами и договорились встретиться на месте во вторник в пересменок.

Вовка с энтузиазмом помахал разными железяками, закинул кое-кому мысль, что тока холод и слякоть, можно было бы и в зал временно переехать, потом у меня замёрзли ноги (я-то стою), и мы наконец-то пошли домой.

Весь остаток этого благословенного дня (и не менее благословенной ночи) я страстно желала, чтобы в училище неприятный кто-то, который задался целью организовать конкретно Вове весёлую жизнь, уже успокоился и нашёл себе более созидательную цель в жизни…

Но нет. Цепляться и докапываться к Вовке продолжали, и он сразу мне сказал, что увольнение ему грозит, только если вдруг снова надо будет поставить какой-нибудь рекорд. Это было так грустно, что я несколько дней с трудом заставляла себя ходить на работу, на учёбу и по всем этим важным делам. Хотелось тупо лежать и таращиться в ковёр.

Но… дела, как говорится, сами себя не сделают. Поэтому встал, за шкирку себя поднял — и вперёд!

ДЕЛА

В понедельник Василич организовал маму с Валей, и они половину пустой коробки за день побелили. Хорошо, упаковочные рулоны эти я не выкинула. Так мы их и раскатали на весь пол, хоть отмывать не пришлось. Подумала я, и подсохшую бумагу скатала обратно в рулоны — мне ещё вторую часть белить!

Во вторник приходила зелёная танцевальная фея… Да, я ж по-честному сказала, что имена запоминаю туго, весь резерв исчерпался на «Фианоре», и остальных я называла «привет». Лучше уж «привет», чем без конца «слушай, я опять забыла, как тебя зовут». Так вот, зелёная фея приходила, посмотрела зал. Сказала:

— А когда можно начать?

— Да хоть завтра! — говорю. — Только помыть некому, не успеваю ни фига. Можем организовать ударный эльфийский субботник вместо первой оплаты. Можно, кстати, сразу и помыть, и потанцевать. Как вам такая идейка?

Фея ушла думать.

Во вторник же приехал дядечка со стёклами. Выгружать ему помогал какой-то помощник, который потом на грузовичке уехал, а всё остальное он сам, с лесенкой, с целой кучей инструментов, тык-тык. Стиль работы у него был интересный: как пчела соты строит, спокойно, равномерно, вроде с небольшой скоростью, но без перерыва. Глядишь — кусок готов, ещё кусок…

Прибегала парикмахерша, конкретно взглянуть на место. Принесла мне дивную накладку на дверь: «ПРОБЛЕМЫ? ЗВОНИ 02!»

— Это зачем такое?

— Это у меня уж года два. Говорю всем, что у меня красная крыша и такую вот табличку держу. Никто не лезет.

— А что за красная крыша?

— Ментовская.

Надо же… Ладно, прилепим. Полезная табличка.

— Я там ещё по вывеске хотела спросить… — начала парикмахерша.

Блин, ещё и вывески!

Посоветовавшись с ней, а потом и со всеми по очереди, я решила нарисовать эскиз в едином стиле, а то начнётся сейчас аляпость на аляпости…

Отец привёз согласованные документы на раздел и переустройство помещений, а уж после этого зашла бригада строителей, начавших устраивать разной прочности перегородки (где временные, а где — постоянные). Сантехнику, электрику и прочее, прочее… А ведь ещё и в саду работа! Металась я, как белка в колесе.

Маленькое помещение (уж буду звать его магазин), к пятнице было готово. Последним штрихом Василич закрепил над входом и тремя окнами вывески: «ВСЁ ДЛЯ ДОМА И ОГОРОДА!», «АТЕЛЬЕ 'ВАЛЕНТИНА»«, 'ПАРИКМАХЕРСКАЯ 'СТИЛЬ» и «КЛЮЧИ-ЗАМКИ». А! Не рассказала же.