Позади них оставались лишь разрушенные улицы, заполненные если не перепуганными, то очень удивлёнными немёртвыми, многие из которых не узнавали якобы окончательно мёртвого Миктората, и потому отправлялись за ним в погоню. Они размахивали саблями, шпагами, кривыми клинками, когтями... Какого только оружия не было у их преследователей!

Видимо, вместе с великой силой к магам Смерти приходит настоящее безумие. Вот скачущий по стенам невысоких домов Микторат повис, уцепившись костями за камни, и волна концентрированной Материи устремилась к преследователям. Она разносила ещё не до конца обрушившиеся стены, поднимая облака пыли. Шианхут, повинуясь команде Астерота, прыгнул в сторону, уходя из-под линии атаки, Тёмный ушёл микропорталом. Но, кажется, чутка не успел — от левой руки валил полупрозрачный чёрный дым, а ладонь плохо слушалась. И это его только немного задело! Что же будет с нежитью? Или они устойчивы к своей родной Материи?

Нет, устойчивы они не были. Гомон толпы резко стих, и через несколько секунд, обернувшись, Астерот увидел поднимающегося на ноги гигантского костяного монстра. Кое-где его покрывала плоть, свисая этакими лианами с рёбер и позвонков, из черепа торчали обломки чьих-то мечей и копий, каждый из шести пальцев заканчивался острым длинным наростом. Открыв рот, порождение некромантии взревело, трёхпалыми руками окончательно кроша здания рядом с собой. Оставшиеся преследователи теперь уже в настоящем страхе, — и кто говорил, что нежить не испытывает эмоций? — пятились, не решаясь биться с такой громадиной.

Только Астерот подумал, что всё, оторвались, как из-за угла выбежал отряд немёртвых во главе с Личем. На голове его красовалась большая костяная корона, в руке был красивый резной посох... Архилич?!

— Именем Братства, приказываю остановиться! На это у вас есть пять...

Немёртвый колдун не договорил. Вернее, ему не дали такой возможности — очередная волна Материи сбила с ног всех окружающих его Рыцарей Смерти, а затем пяток щупалец, со свистом рассекая воздух, устремились к его черепу. Огоньки глаз задёргались, будто на сильном ветру, но щупальца были слишком близко. Как вдруг...

Архилич скрылся в голубой вспышке, избежав окончательной смерти.

— В связи с нападением на верного слугу Братства приговор выносится досрочно. Кремация!

С ладоней Лича совался десяток огненных лучей, ударивших в стену вокруг замершего Миктората. Некромант висел на стене, в самом центре сужающегося круга. И не выбраться ведь... Астерот, прекрасно понимая, что Лич сейчас концентрируется на исполнении своего «приговора», микропорталом подскочил к нему и отрубил кисть, из которой выходили лучи. Костлявый ошарашенно смотрел на валяющуюся на земле кисть, а рапира уже летела ему в череп.

Но Архилич не был бы Архиличем, если бы умер так просто. Шагнув вперёд, он на удивление твёрдым лбом отразил удар, а оставшейся «в живых» рукой ткнул Астероту в живот, усилив атаку Материей. От поражённой точки сразу пошла волна холода, понемногу охватывая сантимерт за сантимертом кожи. Как вдруг сзади по телу пошла точно такая же волна — маг Смерти отрастил себе третью руку. Он сдавил Астерота своими конечностями, будто тисками, не давая Тёмному вырваться. Потусторонний холод распространялся медленно, но маг чувствовал, как немеют лопатки, как тяжелеет что-то в животе.

С громким «крак!» череп Архилича разлетелся на осколки, а за ним и остальной скелет. Микторат наконец-то отошёл от своей незавершённой экзекуции, не прошло и года! Астерот согнулся, кашляя, не забыв на всякий случай микропорталом уйти поближе к некроманту и Шианхуту, который уже поставил Лиру на землю. Замёрзшие спина и живот отогревались быстрее, чем замораживались, и через несколько секунд от дикого холода остались лишь страшные воспоминания.

Микторат спустился к ним и с ужасом поглядел назад. Кажется, только сейчас он начал понимать, что совершил в состоянии аффекта, пытаясь догнать и спасти отца. Хотя, отца ли? Кто эту нежить разберёт?

А позади и вправду было, на что посмотреть: частично и целиком разрушенные здания, устлавшие своими обломками улицу, клубы пыли, а также гигантская костяная махина, машущая своими конечностями направо и налево. Улица уходила вдаль, теряясь за фигурой голема и развалинами, в которые её превратил Микторат.

— Арт’Энзил, упокой мою Душу... — прошептал некромант, подпирая челюсть костяной ладонью. — Это я? — Лицо мага Смерти повернулось к Астероту, открыв тому страшное порождение некромантии — контроль Миктората над собственным обликом пошатнулся, и он, видимо, бессознательно вновь наполовину прикинулся человеком. На челюстях появились щёки, с которых стекала наверняка холодная кровь, над появившимися голубыми глазами выросли брови, а сквозь чуть неровный череп пробились седые волосы. Наметился нос, но до конца вырасти не успел — некромант понял, почему на него так ошарашенно пялится Тёмный, и убрал выросшие черты лица. — Столько лет среди живых не прошли даром... Кажется, теперь я немного как вы, и это меня пугает. — Глаза, которые он почему-то не убрал, смотрели обеспокоенно. Неужели немёртвые всё-таки чувствуют эмоции? — Кажется, то-то я от вас всё-таки перенял... Ваша эмоциональность ужасна. Я бы предпочёл умереть ещё раз, но, помилуй, Арт’Энзил... Если каждый сильный маг может сотворить такое за несколько десятков минут под действием вспышки какой-либо из эмоций...

— Ничего, привыкнешь. — хлопнул некроманта по костяному плечу Астерот. — С этим легко бороться. Но вот улица... Это же твой город?

— Наши города непохожи на ваши. Это — так, военное поселение. Кстати, поддавшись эмоциям, я не забылся, хотя и боялся этого. Я прекрасно помнил, что нельзя лезть наверх, хотя это и было... — он посмотрел на полуразрушенное здание рядом с ними, — сложно.

— Но почему? И вообще, что у вас за Храм такой? Почему здесь, по факту, только эта улица?

— Все военные поселения строятся так по заветам Арт’Энзила. Праотец завещал нам спиралевидные убежища, вся Материя которых концентрируется в центре. Но сейчас это не важно. Я чувствую, как колеблется Зикхарт — и в физическом, и в моральном плане. Похоже, эта грязная, лживая тварь его куда-то тащит. Ничего!..