– Стик говорит, что все это связано, - пожал плечами Мердок.
– Что Ци влияет на некоторых людей, заставляя других изучать их. Тем самым создавая все новые и новые мутации. Новые мутации, в свою очередь, заставляют людей еще больше их изучать. Замкнутый круг.

– Притянуто за уши, - заявил я.

– Возможно, - почти безразлично ответил Мэтт.
– Но Стик в это верит.

Вообще… вынужден признать, что это имеет смысл. Некоторый.

– А когда Рука получила доступ к источнику?

– Мгм… насколько я понял, давно, - задумчиво устремил взгляд на потолок друг.
– Еще пару столетий назад… Но вот влиять на него они научились только в тридцатые годы прошлого века.

Плохо... Очень плохо. Помню, когда я сам изучал этот вопрос, заметил, что именно в те времена количество мутантов и начало увеличиваться лавинообразно.

Черт!

– Источники расположены на планете неравномерно, - равнодушно продолжил Мердок.
– Так в нашем с тобой родном Нью-Йорке их целых три. Соответственно и мутантов "на душу населения" больше, чем... чем нужно. В других местах их намного меньше.

– А тут?
– мгновенно подхватил интересующую меня тему я.
– Если под Фудзи находится самый большой в мире Источник, то и мутантов тут должно быть целая куча, разве нет?

Мэтт пожал плечами:

– Этого я не знаю, - произнес он.
– Просто пересказываю тебе слова Стика. Но, возможно, деятельность Руки как-то влияет на местный Источник. Может, еще какая фигня... А, может, тут и вправду целая куча мутантов, просто мы о них ни сном ни духом.

Я кивнул. Должен признать, у этой теории есть право на существование. Небольшое.

– Но зачем Руке вообще плодить неподконтрольных им мутантов? Да еще и по всей планете!
– не люблю, когда я чего-то не понимаю.

– Стик думает, что это и не было целью, - с готовностью пояснил Сорвиголова.
– По его мнению, там случилось что-то вроде побочного эффекта. Но куда более глобального, чем кто бы то ни было мог ожидать…

– А чего же они тогда хотели?

– Бессмертия.

– А… - я открыл было рот, чтобы выдать что-нибудь остроумно-саркастическое, но в голову ничего не пришло.
– Понятно.

– Стик говорит, что у них получилось.

Что?!

Вот теперь я откровенно подзавис. Получалось лишь смотреть на друга да глупо хлопать глазами. Мэтта, судя по всему, моя реакция позабавила, хоть он и не мог меня видеть:

– Высшее руководство Руки нельзя убить, - с легкой усмешкой произнес он.
– Можно лишь ненадолго обезвредить… Даже с отрубленной головой эти ребята будут существовать. Не слишком комфортно, но будут... По крайней мере, пока они сохраняют контроль над источником Ци.

– Ясно, - я почесал макушку.

– Получается, дело нам предстоит несколько более трудное, чем ожидалось изначально, а?
– усмехнулся друг.

Я лишь кивнул в ответ. А что еще мне оставалось делать-то?

Your breath hot upon my cheeck,

and we crossed that line.

You made me strong when I was feeling weak,

And we crossed that one time.

Screaming stop signs, staring wild eyes,

keep on flashing, flashing by..

Ровно три года назад, японец Аборанэ Тае совершил акт самосожжения в центре Токио. Это был протест против того, что жители Японии умирают на чужих войнах. Он хотел обратить внимание всего мира на то, что происходит с его родной страной. Да, странный способ бороться за независимость Родины, но парень хотя бы попробовал…

Прошло три года. Всего три. И люди уже не помнят имя Тае. Не помнят его самопожертвование ради своей страны. Их потрясло всего пару дней, а потом они снова вернулись к своей скучной и однообразной жизни.

Впрочем, не мне - жителю Нью Йорка - осуждать токийцев. В моем родном городе, люди бы, думается, просто пожали плечами и прошли мимо, даже если бы человек горел на их собственных глазах. Токийцы же хотя бы сделали вид, что им не все равно…

Именно об этом я подумал, когда наша группа проезжала мимо памятной мраморной таблички в парке Хибия. Этот монумент сам по себе должен был символизировать о том, что токийцы никогда не забудут самопожертвование Тае и о его желании защитить свою страну. Однако если остановиться и спросить у первого попавшегося прохожего в двух шагах от памятной таблички об имени Аборанэ Тае - он вам не ответит. В истории Японии хватает людей, которые пожертвовали собой ради благополучия своей страны, чтобы помнить еще одного малозначительного героя.