Все, что хочу, значит…

– Ловлю на слове! – ухмыльнулся я. – Значит, зачем я тебе нужен, не скажешь, но и отпускать не станешь, так?

Губы Мельвира тронула улыбка. Вернее, ее очень бледная и усталая тень.

– Так, - легко согласился чародей. – Я все расскажу тебе, когда придет время. А пока извини… Ты все еще мой пленник.

Я вздохнул, замолчав. О чем подумать мне было.

– Мне жаль, что мы так и не сумели помочь твоей матери, - наконец сказал я.

Мельвир поднял на меня глаза.

– А кто сказал, что мы не смогли? Она решила остаться в Башне и сдерживать Проклятых вместе с самыми сильными магами, из тех, кого мы освободили.

– Правда? – услышав это, я был поражен.

Мелисса Смертоносная… надумала пожертвовать собой? Сдерживать Белую Напасть до тех самых пор, пока она ее не сметет и поглотит обратно?

– Как только вернемся в Светлые земли, надо будет сразу же известить Совет Семерых и отправить туда подмогу, - вздохнул Мельвир. – Мама сказала, что продержится, сколько бы ни потребовалось, но ее силы не бесконечны.

– То есть… Мы снова туда полезем? – уточнил я свои наихудшие подозрения.

– На этот раз мы не будем одни! – порадовал Мельвир. – Вместе с нами отправится Совет Семи, даже, если мне придется тащить этих бездельников связанными!

– То есть нам вскоре предстоит смертельно опасное мероприятие вместе с величайшими магами Света, которые на протяжении последних столетий регулярно пытались меня убить? – подытожил я. – Замечательно!

– Хм… Об этом я как-то не подумал!
– признался Мельвир.

– Ерунда! – громогласно огласила Верона, самая симпатичная представительница Совета Семи, если, конечно, вам нравятся блондинки с ярко-алыми губами и внушительной грудью, имеющие привычку убивать по три-четыре темных существа перед завтраком.

– Освободить Проклятых из-под заклятья невозможно! – поддержал ее Верлидир, приходившийся, Вероне, насколько я знал, старшим братом.

Этот вечно юный на вид красавец восседал теперь по главе стола в нашей трапезной, потеснив оттуда Мельвира и Ийессамбруа. Сумеречную Тварь из-за свалившегося на наши головы Светлого Совета теперь приходилось укрывать на конюшне. Мельвир же сидел от Верлидира по левую руку и, судя по выражению лица, мечтал урыть своего троюродного-скольки-то раз братца.

По словам Мельва получалось, что практически все в Совете Семерых так или иначе приходятся друг другу родственниками. Если не ближними, то дальними уж наверняка. Объясняется это тем простым фактом, что светлых эльвиэ в принципе осталось не так уж много. Это темные, смешав свою кровь с людьми и плодовиты стали почти как они. У светлых же дети рождаются крайне редко. А умирали они во время Войны Сил очень часто.

– Мы – живое тому доказательство! – подал голос один из мужчин, пришедших с нами из Белой Башни. – Мельвир и его друг действительно нас освободили!

– Слуга, - негромко поправил чародей. – Гвир – мой слуга.

Я позеленел. Опасаться, что хоть кто-то из присутствующих за столом меня узнает, особо не приходилось. Те немногие из Семи, кому доводилось вживую увидеть меня прежде, вспомнят лишь угрюмую фигуру в черной накидке с древней короной на голове. Опознать меня в тряпках, что Мельвир специально приказал надеть к их приезду, не представлялось возможным. Похоже, он выпросил поношенную одежду у конюха. Ну и сидел, понятное дело, я в самом конце стола. Рядом с собаками, если бы чародей их вообще пускал в замок.

– Твой слуга – темный? – удивленно приподняла бровь Верона.

Заметила-таки! Ну, хоть кто-то обратил на это внимание.

– Я взял его в плен на границе с Темными землями, - пожал плечами Мельвир. – Сначала хотел повесить, но потом решил, что пригодится. Он неплохо там ориентируется.

Я сжал под столом кулаки. Ну, спасибо!

– О! – глубокомысленно произнес Верлидир.

Такое «о!» отлично подошло бы седобородому старцу, умудренному опытом. Но природа отлично подшутила над светлым эльвиэ. В силу особой чистоты своей крови, Верлидир выглядел лет на семнадцать. Хотя был старше Мельвира.

– Откуда нам знать, что твои гости действительно выбрались из Башни? – мрачно спросила Верона. – А ты не привез их из какого-нибудь захолустья?

Говоривший до этого мужчина из Проклятых обвел новоявленный Совет тяжелым взглядом. А для него эти Семеро были именно «новоявленными». Проклятые рассказали, что быть Белой Напастью похоже на сон. Чудовищный, полный страданий, но время исчезает так, что его не замечаешь.

– Сания! – позвал эльвиэ. – Неужели ты не узнаешь меня?

Сидевшая рядом с Вероной молодая (на вид) женщина вздрогнула. Уставилась своими прозрачно-голубыми глазами на бывшего Проклятого.