Она поцокала языком.

— Мне бы с Алинкой…

Трофим вздохнул. После их приезда Алина как в воду канула. Бросила и дом свой, и учеников. Он хотел было сразу съездить посмотреть, да пацаны не отпустили. Оно, может, и правильно, рано ему было с ведьмами тягаться. Тут бы самостоятельно не покалечиться ненароком. Ожоги нехотя заживали и давали о себе знать стянутой кожей и болью.

Благо, пока он прохлаждался в кровати, Павел со своими работягами уже принялся за внутреннюю отделку дома. Может, к зиме и получится переехать обратно.

— С Алинкой… — повторил он за ведьмой, глядя через окно на начавшийся снег. Что-то в этом году он рановато, — А что вокруг? Слышно что-то?

— Пока тихо, — ответила Ирина, — Ненормально тихо. Я нутром чую… Приехал бы ты ко мне, Трофимушка, уж я бы…

Она хохотнула, а он скривился. Вот еще от ведьмы он лечения не принимал! Там длинными ногтями не отделаешься, там она поглумится на славу. Еще бы! Целый колдун за помощью пришел. И так уж сглупил, раскрывшись, показал свою слабость. Ирина приехала к ним почти сразу, как они вернулись. Она охала и картинно заламывала руки, удивляясь рассказу про навий. Но Трофим прекрасно знал, что уж она-то точно знала, что там творилось. Ведьмы всегда себе на уме. И пока он был ей нужен, она не станет вредить, но вот потом…

— Нет уж, Иринушка, я как-нибудь сам.

— Сам ты до лета восстанавливаться будешь, — недовольно буркнула она, — Старый хрыч-параноик.

И бросила трубку.

— Ну? — с надеждой спросил Ваня.

— Даст она тебе что надо, — ответил тот, — Максову машину возьми, зря она что ли под деревом гниет.

— Ого, — присвистнул он, — А Макс что скажет?

— А Макс с тобой поедет, — угрюмо ответил Трофим, — Не хватало вас по одиночке к ведьме отправлять. Только смотри у меня — ничего ей не обещай! Пусть со мной договаривается.

— Ладно! — повеселевший Ваня вытер руки полотенцем и выключил плиту. Понюхал получившееся варево и с сожалением вылил его следом за первым, — Вот бы книжечку какую… Да чтоб один из наших писал! Как я научусь-то иначе?

— Научишься, — отмахнулся Трофим, — Я в себя приду, покажу. А летом пойдем с тобой в лес. Пока сам за травой не поползаешь на коленях, выпрашивая показаться, не поймешь, что к чему.

— Скорей бы лето, — Ваня выглянул на улицу, съежился и полез за курткой, — Ладно, чего еще привезти? За продуктами, ясное дело, заедем, а…

Трофим пожал плечами:

— Мне ничего не надо.

— Ладно, — Ваня выскочил за дверь, плотно прикрыв ее за собой. И Трофим прислушался к удаляющимся шагам.

Пока Макс с Ваней переругивались на улице, пока еле слышно заурчал мотор машины, Трофим осторожно сел на кровати, свесив ноги. Он порядком устал от надзора и от невозможности остаться одному. Посидел, собираясь с силами, а потом поднялся, разминая затекшие мышцы. Натянул старый, еще дедов тулуп и вышел на крыльцо, сев сразу у двери на чурбачок, который Макс из леса притащил. Вот и он теперь как дед. Трофим хмыкнул. Хотя дед и есть, даром что храбрится тут. Он прожил длинную и насыщенную по человеческим меркам жизнь, можно уже и… Трофим крякнул, досадливо морщась и потер подбородок с жесткой щетиной. Без полноценного огня в крови в голову лезла всякая дрянь. Он прислонил голову к стене вагончика и закрыл глаза. Над головой вскрикнул ворон, но колдун даже не дернулся. Склонил только чуть голову, еле пошевелив пальцами. Птица появилась около его дома почти сразу, как пропала Алина. Наблюдала, но близко в этот раз не подлетала. Так, кружила вокруг, иногда пропадая на несколько дней, но неизменно возвращаясь.

За деревьями взревел мотор, и Трофим нехотя открыл глаза. Ребята забыли что-то? Или это очередная доставка к рабочим, копошившимся в доме? Благо, шумные работы были уже завершены, и стройка почти не мешала Трофиму наслаждаться тишиной.

Из-за поворота медленно, будто крадучись, выехал большой красный джип, и Трофим мягко улыбнулся, глядя на то, как машина, остановившись, мигнула ему фарами, а потом оттуда, весело махая рукой, выскочила миниатюрная девчонка в короткой курточке и шапкой на затылке. Она запрокинула голову, вдыхая запахи леса, а потом, встряхнувшись, плавной походкой, принюхиваясь и озираясь, пошла к Трофиму.

— Сидишь? — подошла ближе и стряхнула с ворота колдуна налипший снег, — Отвратительная погодка, в такую надо дома сидеть и какао пить.

— Какао? — Трофим поднял брови.

— Ну или что вы там пьете? — она задорно улыбнулась, показывая мелкие острые зубки с длинными клыками.

Он нахмурился, присматриваясь:

— Оль, я же показывал, как скрывать!

— Да ну тебя! — засмеялась она, — Я тут, может, расслабляюсь… Место перерождения…Все дела…

Она потянулась, хищно поводя плечами, и села рядом, прислонившись боком к Трофиму.

— Ну, как ты?

— А ты? — ответил он тут же.

— А что я? — она грустно улыбнулась, — Существую.

— Опять жалеешь?

— Лучше б ты дал мне умереть.

Трофим дернулся, а Оля засмеялась:

— Ты каждый раз попадаешься на эту удочку!

— Я… — Трофим помялся, но Оля уже подскочила, поднимая его и таща в вагончик.

— Нормально у меня дела, живу и радуюсь! По лесу, правда, скучаю, но что я тут забыла? Хорошо, что ты меня позвал, посмотрю, понюхаю, к ночи, может, погулять схожу, поохочусь заодно, давно не ела, но все у меня хорошо, правда.