— Нечисть — точно нет. Ну, если голову не оторвут, — Он усмехнулся, — Без головы ни один колдун жить не сможет. Ведьма может попробовать, но я бы скорее поставил на то, что она не убивать, а вредить будет. Так у нее хоть какой-то шанс выжить останется. У меня враги посерьезнее.

Трофим оглянулся на темные окна соседского дома, там, из-за занавесок на него глядело испуганное лицо. Соседи тоже были еще живы, это радовало.

— Я сам, например.

Ваня помолчал, идя следом за Трофимом, который обошел темный сарай и колючие кусты, уже сбросившие листья, и остановился перед покосившейся деревянной калиткой.

— Понятно, почему они не выходят. Здесь забор не цельный, не работает, как охранительный круг. Спасаются только в доме.

— Славиковы? — переспросил Ваня.

— Не помню, — Трофим открыл калитку, — Наверное. Прошу.

Он махнул рукой, пропуская Ваню вперед.

— Хотелось бы сказать — после вас, — грустно ответил тот, — Но, видно, статусом не вышел.

— Речка в низине, — Трофим показал на линию деревьев, растущих вдоль ручья, — По крайней мере, тут мы не пропустим их появления.

Ваня передернул плечами и взялся за лямки рюкзака.

— Они нас чуют?

— Ты только сильно не пугайся, — Трофим зашагал по рыхлой земле, проваливаясь в спаханные грядки, — Но уже почуяли. Как только мы приехали.

Ваня клацнул зубами.

— Смотри в оба, — добавил Трофим, улыбаясь.

Еще пара-тройка таких вылазок, и Ваня совсем бояться перестанет. Жаль только Макс все пропустит.

— Трофим, — позвал ученик, когда они спустились к ручью и медленно стали пробираться вдоль него, — Та мавка…

Он замялся:

— Она сказала про шаг и…

Трофим вздохнул:

— Помнишь, я говорил, что колдунов, использующих огонь, очень мало.

— Ну.

— Мы… как бы это сказать, слишком много берем от стихии. Если остальные могут долго сосуществовать со своей бок о бок, наша со временем порабощает.

Он поджал губы:

— Не любит делиться. Забирает себе.

— И вас тоже?

— Что?

— Ну, вас тоже поработит? Заберет?

Трофим остановился, доставая бутылку с водой и делая глоток.

— Да.

— А когда? — Ваня испуганно заглянул ему в лицо.

— Когда сорвусь, — Трофим пожал плечами, — Когда призову мощь огня полностью. Когда разум поглотит пламя. Когда у меня не останется выбора.

Он улыбнулся:

— Но не сегодня.

— Так эти ваши медитации?.. — нахмурился Ваня.

— Частично, — ответил Трофим, — Они помогают держать в узде яркие эмоции вроде гнева и ярости, спусковой крючок для огня. Раньше я использовал силу рядом с водным магом. — Он покачал головой, — Она помогала. Глушила, притупляла. Теперь вот ты появился.

— Я? — удивился тот, — А что я делаю?

— Не знаю, — Трофим замер, прислушиваясь, — Но продолжай, помогает.

— А… — начал снова тот.

Трофим зашипел, падая на землю и утягивая Ваню за собой.

— Навьи? — застучал зубами парень, прижимая к себе рюкзак.

— Похоже, — ответил Трофим, — Теперь еще тише. Видишь их? Метрах в ста, у деревьев?

Сквозь черно-белое марево Трофим разглядел вытянутые силуэты четырех навий ростом под два метра, копошившихся у берега.

— Мамочки, — прошептал Ваня, — Ой, мамочки…

— Ну нет, — хохотнул Трофим, чувствуя, как налились силой мышцы, готовые к бою, — Скорее уж бабушки. Старенькие тварюшки, сильные, заразы…

Он положил руку на затылок Ване, пригибая того еще ниже.

— Они мимо проходят, — произнес колдун еле слышно, и добавил, — Очень странно.

— Что? Что странно? — вывернулся Ваня, приподнимаясь.

Трофим поднялся на колени, прикладывая руку к лицу.

— Они кого-то тащат!

И выругался, поднимаясь на ноги.

— Твою мать!

Ваня подскочил следом, испуганно смотря на черные силуэты с непропорционально длинными, тощими ногами и руками. Морды навий походили на карнавальные маски с темными провалами глаз и большим вытянутым ртом.

— Уродские богомолы, — прошептал он и перевел взгляд на Трофима, — Что у них за куль?

— Не что, а кто, — процедил он, доставая из-за пояса кинжал, — Мальчишка не удержался, все-таки пошел следом!

— За-зачем им мальчик? — начал Ваня и, не сдержавшись, повысил голос, — Зачем они взяли мальчика?! Они же метки ставят и…