— Хорошо, — опустил плечи тот, — Попробую.

Он поглядел по сторонам, взял с книжной полки большую папку, буркнув, что так солиднее, и вышел за дверь.

Трофим подошел к окну.

— Зачем он тебе? — встал рядом Макс, — Он же реально ни бум-бум…

— Твой «ни бум-бум» вылечил мне рваную рану от оборотня за два дня, — сказал Трофим, — А еще имеет такую ментальную защиту, что даже я пробить не могу. Как ты думаешь, почему?

Макс удивленно приоткрыл рот:

— Почему?

— Вот и я не знаю.

— Может, ему просто это не нужно? — пожал плечами Макс, — Ну, учиться, жить среди таких, как мы…

— Может, — Трофим проводил взглядом открывающего калитку Ваню.

— Ладно, — Макс потер руки, — А мы что делать будем?

Трофим оглядел огромную столовую, поморщившись, а потом прошел в кухню, повертел в руках грязную турку и вздохнул.

— А мы, Макс, будем делать из тебя живца. Потому что выманить эту тварь просто так не получится.

— Из меня? — удивился тот, — Почему из меня-то сразу?

— Смазливый ты, они таких обожают, — хмыкнул Трофим, — Принеси рюкзак мой из машины и начнем.

— Даже и не знаю, — взялся за ручку двери тот, заломив брови, — Обижаться или радоваться…

— Слушаться, — повернулся к нему спиной Трофим, гремя посудой.

— Так и я спросил, зачем, — Ваня шумно отпил кофе из чашки и взял с тарелки печенье, — А она твердит — племянница, надо помочь. Спрашиваю, чья она дочь — брата или сестры, говорит, не помню, в потолок смотрит, глазами хлопает.

Трофим стоял у плиты, изредка помешивая в ковшике зелье. Давно он такое не варил, без нужды колдуны не любят к нему обращаться. Благо, травы нужные были с собой, как чувствовал.

— Ерунда какая-то, — Макс, не отрывая глаз, следил за Трофимом, — То есть откуда-то приезжает племянница, про которую раньше ни слухом, ни духом, говорит, здрасьте, я ваша теть… родственница, буду у вас жить, и все счастливы?

— Получается, так, — Ваня пожал плечами, — А главное, когда приезжает?

— В начале лета, когда еще, — Трофим выключил плитку и убрал ковшик с горячей конфорки, — После ее приезда и начались пропажи.

— Именно! — поднял вверх палец Ваня, — От тетки этой я больше ничего не добился, документов она Тани не видела, нужды спрашивать не было, кто у родственников паспорт просит? А когда тут полиция и волонтеры лес прочесывали, решили, что документы та, видимо, с собой забрала. Это одна из версий — уехала в город, никому ничего не сказала.

— Слишком много тут уехавших, — покивал Макс, — Особенно эта, что в бассейне сейчас сидит, круто уехала. Так уехала, что…

— Вань, подойди, — перебил его Трофим, — Можешь показать, что я использовал?

— Так я под конец уже пришел, — удивился тот, но послушно поднялся, сунул нос в ковшик, чихнул и задумался.

— А по соседям ходил? — спросил Макс.

— Да, я сказал, что помощник следователя, но они тоже не сильно разговорчивые были, — Ваня наклонил голову и стал перебирать мешочки с травами, благо выбор у него был не очень большой, — Была эта Таня, все ее видели, здоровались, у тетки Тамары жила, в большом доме работала. А потом пропала. Никто особо не расстроился.

Он пожал плечами и указал на несколько мешочков:

— Эти?

— Почему? — тут же уточнил Трофим.

— Они светятся немного.

Трофим вскинул брови, промолчав.

— Угадал?

— Да.

— Ну ничего себе, — обрадовался Ваня, — А я думаю, чего они светятся, а они вон как! Это ваши потоки сил?

— Нет, — улыбнулся Трофим, — Я тебе больше скажу, я светящиеся мешочки тоже не вижу. Макс?

Мальчишка тут же подскочил и наклонился над столом:

— Ерунда какая-то, все одинаковые, даже пахнут похоже.

— Да как похоже? Этот вон воняет чем-то тухлым, — недоуменно отодвинул его в сторону Ваня, — Этот приятно, мятой немного, этот…

— Да понял я, что ты у нас уникум, понял, — поджал губы Макс и выразительно посмотрел на Трофима.

— Что? — увидел его взгляд Ваня и нахмурился, — Так нельзя что ли? Я что-то неправильно делаю?

— Правильно, — сложил руки на груди Трофим и хмыкнул, — Совсем как ведьмы.

— Ой, — Ваня округлил глаза, — И что теперь?

— Теперь, — ответил Трофим, переливая из ковшика в кружку зелье, — Все почти готово. Макс, пей давай. Не будем тянуть. Не хочу тут застрять, там у меня дом разносят…