— Из-с-вини, но мне комфортнее одетой, — сказала она, вытаскивая из ячейки сверток. Роза встряхнула его, и сверток превратился в ком ткани.

Роза прижала её к себе.

Затем защелкнула на шее узкую полосу. Ошейник?

— Ты говорила, что ты не раб, — Ирграм наблюдал за её действиями с немалым интересом.

— Я… н-не раб. П-х-ожалуй, я могу называться личностью.

— ошейники носят только рабы.

— Это не ох-шейник… с-хчас.

Она надавила пальцами. Потом уставилась перед собой. Присмотревшись, Ирграм отметил тусклое мерцание воздуха у лица Розы. Она ткнула пальцем раз. Другой. И ком ткани развернулся, превращаясь в причудливого вида костюм: широкие штаны-шальвары, столь любимые пиратами, и безрукавку.

— К-хсожалению… функционал ограничен, — Роза потыкала в воздух. — Выбор цвета от-хсутствует.

Ошейник превратился в плоское ожерелье.

Выглядело все довольно неплохо.

— Если хочешь, тут есть запасные к-хомплекты, — Роза указала на вереницу прямоугольников. Их здесь сотня, не меньше. И если за каждым прячется такое чудо…

В прежние времена Ирграм мог бы продать его.

Весьма выгодно.

И стать богатым… возможно. А теперь лишь головой покачал. Ему одежда не нужна. Да и деньги тоже не особо.

— Нет. Не уверен, что эта твоя штука выдержит, когда мне придется изменить форму тела.

— Да. П-храметры ог-храничены, — произнесла Роза с сожалением.

— Нам еще далеко?

— Нет. Здесь… люди п-хереодевались. Пх-ротокол без… безпасности тх-ребовал, чтобы личные вещи… ох-ставлялись…

— Что такое протокол?

— Список. Правил, — она опиралась на руку Ирграма. — Без…пасаность.

Что такое безопасность Ирграм понимал.

— Служащие… пх-риходили… раздевались. Переодевались… в стационарные костюмы… чистые пх-рограммы… запрет на внедрение личных блоков. Запрет на использование носителей. Всех. Ин-х-тегрированные в тело д-хлжны быть извлечены… до допуска. Внешние… оставляются вовне. Установ… уставление… частных… подключений… запрет… выхода в локусы. Много.

Много.

Но, похоже, в итоге слишком мало.

— Куда дальше? — поинтересовался Ирграм. — И это нелогично… вот прихожу я в своей одежде. А меня обливают с головы до ног… этим. Этой жижей. Там. Потом переодеваюсь в чужую. А свои вещи, что?

— Эт-то ав… рийный… запасной ход, — выдавила Роза и топнула ногой. Белесая ткань костюма поползла ниже, окутывая стопы. — В… основном… есть… была… р-здевалка первой зоны… одежду… оставляли там. Об-хработка… и выход во… в-хторую… точку… р-хаздевалка. Сложнее устроена.

Тогда логично.

Наверное.

— З-хдесь скорее запас. Х-хнилище… и вход для аварийных служб. Или выход. Из зоны… на случай биох-лгического з-ражения.

Роза сделала шаг, опираясь на его руку. Обувь её была странного вида, больше походила на тонкое полотно, которым просто обернули ноги. Шла она по-прежнему с трудом, ставя ноги криво и покачиваясь при этом. Но все же движения сделались уверенней.

До двери она добралась почти сама. А Ирграм отметил, что внутренняя дверь по сути таковой не являлась, представляя собой белесую пленку наподобие рыбьего пузыря. И при приближении их пленка просто исчезла, чтобы появиться за спиной. Он несколько раз подходил и отходил, пытаясь уловить момент, когда пузырь исчезает и откуда появляется.

— Это… эн-хергетическая… завеса… ст-хабилизированное поле, — пояснила Роза.

— И тут все двери такие?

— Во внутреннем п-хериметре.

Первое тело нашли почти сразу за дверью, вернее то, что от этого тела осталось — сизоватые кости, пара клоков волос и белесый пузырь ткани. А вот карточка и ошейник остались.

Роза наклонилась, придерживаясь за спину, чтобы поднять карточку.

— С-сх-тарший… н-хаучный… с-трудник, — сказала она хмуро. — Ты… с-хможешь повторит его?

Ирграм молча рассыпался туманом и наполз на кости.

Растворять полностью не стал, поскольку это заняло бы слишком много времени, но образцы заключил. И да, сменить облик получилось довольно легко.

— Уд-х-вительно… жаль, не п-хнятно, отчего он… умр.

— Шею сломали, — пояснил Ирграм.

— Ты…

— Вот, видишь? Лежит набок.

— Мог и после… сх-мерти… неудачно… упасть.

— Мог. Наверное, — спорить Ирграму совершенно не хотелось. Да и на кости эти по-хорошему было плевать.

— Они… не пх-х-шли бы на убийство.

— Ваши мятежники?

— Да.

И Роза замолчала.

Чуть дальше попалось еще одно тело, но, наверное, не столь ценное, если Роза забрала лишь карточку. Пара лежала перед дверью, и раскрошенный череп одного из них явственно говорил, что дело здесь не в неудачном падении.

И Роза, застыв надолго, все повторяла и повторяла:

— Н-хет… н-хе в-можно… не вз-хможно… они… не… дхпустили бы… физ… физческая ликвидация. Зпрет. Абсл… лютный. Невозможно.