— Назад, — Ицтли поднял руку. — Науа, Миль остаетесь со мной…

— Интересное создание, — Маска разглядывал мертвеца с любопытством. — Напрочь противоестетвенное.

И в этом Верховный был с ним согласен.

— В его теле продолжаются биологические процессы, но как-то… ощущение такое, что их поддерживает не само тело, но внешний мир.

Люди отступали.

Пара воинов.

И Ксочитл, которая заставила коня пятится. Жеребец чуть пофыркивал, не спуская с существа взгляда. Он явно был готов взвиться на дыбы, защищая всадниц, но все же оставался послушен.

— Они неправильные…

Из чащи спешил выбраться еще кто-то.

Женщина.

Её голова была расколота, а часть лица обожжена, тогда как вторая половина уцелела. И клочья черной кожи, свисая с головы, закрывали глаза. Как и темные, местами оплавленные волосы. На женщине сохранилось платье, тоже нарядное когда-то.

Она двигалась быстрее.

— Уровень активности выше… кстати, мозг разрушен, но все одно… такое странное ощущение.

— Какое?

— Не мешай, — Маска сказала это довольно резко. И Верховный пожал плечами.

Люди отступали.

Мертвецы… пусть и не спешат нападать, но сколько их там. Верховный оглянулся и увидел застывшее лицо Акти, который не сводил с покойников взгляда.

Белое.

С темными глазами, что почти как провалы.

Губы синюшние. И если так, то и сам он подобен мертвецу. Тут женщина дернулась и изо рта её донеслось шипение. А Верховный понял, что еще немного и она нападет.

Надо предупредить Ицтли, который, как и подобает воину, прикрывал людей.

— Погоди, — удержала Маска. — Придержи коня… а лучше вовсе спешиться…

Верховный съехал с конской спины, чувствуя, что поступает глупо. Но…

Шаг.

И рядом оказывается человек.

Акти?

Белый. Еще более белый. И кажется, его сердце того и гляди, но разорвется от ужаса. Однако он все одно рядом…

Надо будет наградить его.

Потом.

А пока… еще шаг.

— Погоди, малый, не лезь под руку, — гигант тут же, но за другим плечом.

— Люди порой излишне… услужливы, — ворчит Маска. — Впрочем… я попрошу тебя подвинуться. И смотреть.

На что?

— Господин?

Ицтли обеспокоен. А мертвецов становится больше. На дорогу выбираются еще… пара стариков, сцепившиеся друг с другом при жизни и не способные расстаться после смерти. Они не просто держались за руки, они будто срослись, переплелись пальцами, подобно тому, как деревья переплетаются корнями.

Мальчишка в драных штанах с раскроенной головой.

Девушка, почти нагая, окровавленная.

Они выбирались из леса и останавливались. И… да, теперь Верховный видел.

— Я несколько сместил спектр восприятия. Это силовые потоки… — снизошла до пояснения Маска. — Обычно силовое поле более-менее стабильно. Есть участки с меньшей напряженностью, есть — с большей. Часто они соединяются в стабильные потоки — энергетические линии.

Линий не было.

Воздух вокруг… не только воздух, но все вокруг плыло, мешалось, перетекало. Все-то окрасилось в оттенки лилового-синего-зеленого, которые переходили один в другой.

Разве что…

Над мертвецами это, сине-зеленое, сгущалось, сплеталось воедино, образуя нечто плотное и явное.

— Чем их больше, тем выше совокупная энергия, получаемая ими от мира… полагаю, что по одиночке они безопасны, но вот…

Мертвецы выходили.

Больше и больше…

— Надо перенаправить потоки.

— Господин… — Ицтли явно не знал, как поступить.

— Иди. Будь рядом с госпожой. И защити её.

Верховный раскрыл руки.

И отступил, позволяя тому, кто жил в Маске, завладеть телом. Это не больно. И… да, он ровным счетом ничего не ощутил. Разве что пришло понимание.

Надо забрать силу, которую тянули мертвецы.

— Вот так… медленно…

Маска подняла руки, и путаные нити, больше похожие на клочья конского волоса, устремились к ним. Сила… отличалась от золотой.

Эта была холодна.

Неприятна.

Она наполняла Верховного, и возникло ощущение, что он пьет гнилую воду. Бывало, что колодцы начинали болеть, а следом — и скот, и люди. И…

— Вот так… а теперь… просто вычищаем. Мальчик, — последнее слово Маска произнесла вслух. И Акти вздрогнул. — Подойди. Дай руку.