Меня коснулись мягкие лапки отголоска магии, которую использовал Юрий Иванович.

— Всего доброго, Андрей Мамонов, — еще раз бросил цесаревич, и дождавшись сигнала Индуса, выскользнувшего первым в пустой коридор для проверки, покинул наш номер.

Я поглядел на Куана.

— Беспокоюсь я за броню, — первое, что пришло в голову, высказал я.

— В отель вряд ли всю амуницию дадут пронести, — кивнул наставник, подтверждая мои опасения.

— Тогда нужно завтра вечером попасть в кампус и быть готовым к любым неожиданностям, — закончил я.

Паранойя? А кто сказал, что нельзя прислушиваться к своим ощущениям, которые хоть и не вопили о надвигающихся проблемах, но неприятно царапали позвоночник невидимыми коготками. Нет, я лучше перестрахуюсь, чем потом горько рыдать над уничтоженным экзоскелетом.

Глава 5

Дагбьярт по прозвищу Шершень лениво цедил пиво на маленьком уютном балкончике, выходящем на Гранд-Канал, и без особого интереса поглядывал на снующие по нему катера, паромы, водные трамвайчики, переполненные восторженными туристами. Ему было скучно. Хорошо, что в гости заглянул Эрик-Берсерк и не дал полностью соскользнуть в пучину меланхолии.

— Не могу ни дня без боя, — признался Дагбьярт другу. — Какая-то ломка начинается, как у профессионального наркомана.

— А разве наркоманы бывают профессиональными? — рассмеялся Эрик, закинув худые длинные ноги на ажурные перила балкончика отеля «Монако», где жила спортивная делегация из Скандинавии.

— Не знаю, — пожал плечами Дагбьярт, втянув костистым носом пряный морской воздух. — Если десяток лет нюхаешь «белую дорожку» и не сошел с ума, впору признать себя профессиональным нюхачом.

— Ха-ха! — рассмеялся Эрик и сделал пару глотков холодного пива из бутылки. — Логичный вывод, дружище, даже спорить не стану. Но ничего, завтра ты отыграешься за пустое времяпровождение. Слышал, что организаторы хотят парные бои закончить за один день.

— Так осталось провести всего семь боев, — лениво отозвался Шершень. — Пустяки. Если только приз за третье место не захотят разыграть.

— Решено отказаться. Никому не хочется лишний раз пыжиться на угоду публике, и получить за это жидкие аплодисменты, — проявил осведомленность Эрик Биргерссон. — И правильно. Поддерживаю. Кстати, записи с боями Барса и Магуса просмотрели?

Дагбьярт хмыкнул и повертел в руках бутылку, словно примеривался выбросить ее в канал, протекающий под балконом. Но вместо этого приложился к горлышку. Осушив бутылку, ответил:

— Смотрели. Странное впечатление создает эта парочка. Примитивная тактика. Сначала снести одного противника, потом помогать напарнику, если тот еще возится.

— Так многие делают, — возразил Берсерк.

— Магус — опасный пилот, тут я не отрицаю его вклада в общую победу русских, — кивнул Дагбьярт. — На нем держится вся интрига. Но княжна, извини, конечно, дружище — она в одиночку не сможет разобраться с Мар. Моя девушка ее придавит за пять минут.

— Твоя? — вскинул бровь Эрик. — С каких это пор?

— С прошлого года, — промурлыкал низкий вибрирующий голос, и шею Дагбьярта обвили тонкие сильные девичьи руки.

Мар по прозвищу Гадюка, улыбаясь, прижалась к спине сидящего парня, а Эрик с удовольствием оглядел стройную мускулистую фигурку девушки, представлявшую родовитую аристократическую фамилию Гильдерхорнов из Эстфолда. Многочисленные родственники уже две сотни лет входили в высшие политические круги Норвежского и Датского королевства, имели огромное влияние при обоих дворах. Отец Мар входил в Верхнюю палату стортинга — норвежского парламента. Двое дядьев девушки служили датскому королю в качестве инструкторов боевого пилотажа. Даже не стоило гадать, откуда у Мар страсть к летающей броне.

Проще говоря, Гадюка имела великолепные шансы выйти замуж за какого-нибудь влиятельного аристократа, и кажется, уже нашла его. Дагбьерт Паус — сын государственного чиновника. Семья сплошь из судовладельцев, богатых торговцев, банкиров, даже сталелитейщик есть. Финансы всегда были прекрасным дополнением для великородных фамилий, и неудивительно, что Мар и Дагбьерта уже считали невестой и женихом.

Эрик, правда, не мог понять, а на самом ли деле Гадюке нравится Паус. Парень отнюдь не красавец, с какими-то непропорциональными линиями лица, темноволосый, с жестким подбородком, да еще нос излишне хрящеват, акцентирует внимание. Но зато телосложению может позавидовать любой качок. Все в меру, девушкам приятно смотреть на рельефную мужскую грудь и крепкие руки.

Мар-Гадюка, стройная, почти метр восемьдесят без шпилек на туфлях, белокурая красотка, в своем коротком халатике сейчас была бесподобна. Ее густые прямые волосы падали чуть ли не до поясницы, заставляя истинных любителей эстетики восторгаться не только фигурой девушки, но и нежным овалом лица.

— Ноги застудишь, — проворчал Дагбьерт добродушно и обхватив напарницу, посадил себе на колени. Та охотно подчинилась мужской силе, и с улыбкой поглядела на раннего гостя.

— Привет, Мар, — приветливо качнул бутылкой Эрик, стараясь не задерживать взгляд на обнаженных ногах девушки. — Я не ожидал, что ты будешь в номере этого чудовища. Может, мне уйти?