— Отойди от окна.

Голос Хелен был строгим и дочь нехотя подчинилась, вернувшись в кресло.

Произнесла устало:

— Они же просто мародёры.

Мать, как всегда, рассудительно и рационально ответила:

— Придурков везде хватает. Тем более среди эмигрантов. Хочешь, чтобы они тобой заинтересовались и пришли за нами?

Да, толпа внизу в основном из диких и состояла. Попытки властей объявить комендантский час и вообще запретить выход на улицу привёл лишь к массовым погромам и вспышкам насилия по всему Берлину. Да и по всей Германии. И, как знала Марго из сетевых каналов, по всему миру. И в таких толпах зараза распространяется очень быстро. Говорят, что во многих местах трупы валяются прямо на улице и их никто не убирает. Боятся.

И теперь они вдвоем с матерью сидят, запершись в квартире и надеются, что беснующиеся внизу не начнут, как выразился бы её папка: «поквартирный обход».

Эх, папка-папка.

Она любила отца, несмотря на все «разъяснения» матери о том, что он их предал, изменив ей с другой женщиной. Но он же всё равно её отец! Вот как мать не хочет этого понять!

Не пустила её на встречу с отцом в аэропорт.

А Марго так хотела.

Папка-папка.

Был бы здесь, ты бы нас защитил.

Где ты сейчас?

* * *

ДМИТРИЙ МАРКОВ

США. ЗАПАДНАЯ ВИРДЖИНИЯ. БАЗА СПРУС-НОБ-ХИЛЛ. Четверг. 14 августа 2025 года. Местное время 09:36.

— Итак, мистер Марков, постарайтесь ещё раз описать характер и цвет вырвавшегося из упавшего спутника пара…

Как я устал от этого всего. Анализы. Допросы. Беседы «за жизнь». Исследования. Всякого рода МРТ и прочие чудеса техники. Вновь анализы. В перерывах — палата. Потом вновь. Вновь. Круг за кругом. Все вокруг в белых скафандрах. Круг за кругом. Голова кругом.

Всюду камеры и охрана. Меня никогда не оставляют одного.

Даже в сортир меня сопровождает охранник. Вот куда я сбегу из сортира, если там даже окна нет, они глубоко где-то под землей? В вентиляционную трубу, куда с трудом поместится мой кулак? В унитаз сольюсь? Но, нет, охранник безразлично, но строго, смотрит за тем, как я сижу на унитазе и делаю прочие гигиенические процедуры. Тут даже в душевой кабинке абсолютно прозрачные стенки. Наверняка такой у них метод психологического давления. Иначе, в чём смысл этого?

Сплю, а надо мной недвижимо стоит надсмотрщик и смотрит на меня.

Сверху вниз. В лицо.

Свет, понятно, никто и не думал выключать на ночь.

Нет, меня не били. Но, иной раз, казалось, что лучше б убили, чем такое…

* * *

МОСКВА. ВАРШАВСКОЕ ШОССЕ. Четверг. 14 августа 2025 года. Местное время 14:23.

— Чёрт! Надо было по дворам ехать!

Николай Родионов ругнулся сквозь зубы. И лишь наличие семейства в салоне, удержало его от более крепких выражений. Вчера ещё сосед тут проезжал и не было тут блокпоста!

Подошедший росгвардеец в противогазе, медицинских перчатках и с коротким автоматом АКСУ на плече вежливо, но холодно прогнусавил из-под резины:

— Здравия желаю, сержант Николаев. Цель поездки и предъявите пропуск.

Пропуска у них не было.

— Командир, да мы тут к тёще собрались, день рождения у неё, хотелось поздравить старушку, сами понимаете.

Прозвучало глупо, но ничего другого в голову не пришло.

Сержант заглянул в салон.

— Угу. Всем семейством, значит.

— Так к тёще же!

— Багажник предъявите к осмотру.

Николай хмуро, но как-то заискивающе улыбаясь, вышел из машины, непроизвольно косясь на солдат, которые стояли, направив свои автоматы на несколько проверяемых авто.

Открыт багажник.

— Понятно. К тёще в Тулу на блины со своим самоваром. Полный багажник вещей. На прогулку собрались?

Последняя попытка:

— Командир, может как-то договоримся?

— Глупое предложение. Без пропуска вас все равно не пропустят. Тут двойной контроль и дальше блокпосты есть. А меня накажут. Так что возвращайтесь к месту жительства. Номер вашего авто попадет в базу. Камеры отследят ваше передвижение. Так что счастливой дороги домой.

* * *

МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ. ГОСУДАРСТВЕННАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ НОВО-ОГАРЁВО. Суббота. 16 августа 2025 года. Местное время 09:46.