— Да-да-да, расскажи кому другому! Красавчик, умница, папа лётчик, дед — генерал!

— И что с того?

— Да, не, это к слову. Но, красавчик же? Или будешь спорить?

Светка попала в глупое положение. И так скажи — Дашка будет смеяться, и иначе скажи…

— Ну, со стороны виднее.

Смех.

— Не-не, ты не увиливай. Миша Марков — красавчик?

— Ну, допустим.

— Во-о-от! Но, не грусти, подруга, ты у нас — самая видная в классе, а он на тебя вообще засматривается и дышит ох как неровно!

Светка лишь вздохнула.

— Пропал вот только куда-то…

Кивок на экране.

— Это да. Ты как там вообще?

Пожатие плечами.

— Скучно. Бабка даже форточки не разрешает открывать. Кричит, что вирус налетит! Хотя, как по мне, это дурь несусветная. Папка всё равно иногда пробирается в магазин за продуктами, всё равно может вирус принести в дом. Уже два штрафа пришло — дроны его заметили. Хорошо им, властям нашим, говорят, мол, звоните на «Горячую линию», а толку? Никакого.

— А разве магазины отпускают товар? Вроде ж всё закрыли, и они теперь какие-то «базы распределения продуктов и товаров».

— У папки там какой-то знакомый и за тройную цену выносит с чёрного хода.

— Ничего себе! А ты можешь как-то узнать, чтобы и моему папке вынесли? Мы заплатим, я уверена. Продукты пока в доме есть, но сама понимаешь, как оно дальше будет — неизвестно.

— Попробую узнать.

— Чё у тебя там шум?

Злая усмешка.

— Достали уже спиногрызы! Детский сад закрыли, теперь близнецы дома на головах ходят. Хоть из дома беги.

Кривая усмешка:

— Ну, сейчас ты никуда не сбежишь.

Кивок.

— Ну, да. Хорошо тебе — ты одна в семье. А у меня ещё двое мелких спиногрызов.

Обеим было откровенно скучно. Планшеты и телефоны работают только в части игр, да и то с перебоями, причём настолько большими, что играть в сетевуху практически нереально, а оффлайновских игр давно уже нет.

Света Родионова и Даша Сафонова дружили с детства. Были соседками, ходили в один детский сад, а потом и теперь ходят в один класс. Даже в школе сидят за одной партой. Парней, слава богу, не делили, и за одиннадцать лет жизни ни разу не поссорились.

— Страшно.

Света кивнула.

— Точнее и не сказать. Я очень боюсь. Хорошо, хоть не зомбиапокалипсис.

— Да, ну тебя, с твоими глупыми шуточками!

* * *

МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ. ДЕРЕВНЯ МАТЮКОВО. Воскресенье. 10 августа 2025 года. Местное время 12:00.

— Мужики, предлагаю сход общины считать открытым!

Витька Кузьмин хмуро выкрикнул «с места»:

— Да хорош трындеть уже, грамотей. По делу давай.

Собравшиеся закивали. У многих было оружие.

Тимофей Аркадьевич кивнул:

— Ну, тогда, по существу. Нас тут, вместе с дачниками, шестнадцать мужиков. На руках у нас шесть охотничьих двустволок, одна «Сайга» и один газовый пистолет…

— У меня в подполе автомат АК-12. Нелегально, конечно. И цинк патронов к нему.

Тимофей оживился:

— О, прекрасно! Не для протокола, где раздобыл?

Тёртый жизнью дачник Жора Пименов, сидя у дерева и покусывая травинку, неопределённо ответил:

— Приблудился.

Жорку соседи по дачному кооперативу знали, как мужика молчаливого, севшего в своё время за убийство при отягощающих, потом воевавшего в ЧВК, за что и был амнистирован. Его не то чтобы сторонились соседи, но, как-то естественным образом опасались, не зная, чего от него ожидать. Кровавые происшествия на почве посттравматического синдрома нередко проходили в сводках чрезвычайных событий.

Шурик Соколов, моложавый мужичок, действительно походивший на киношного Шурика, поинтересовался:

— В порядке спросить. Для дела. А больше ничего случаем не приблудилось?

Жора пожал плечами.

— Ну, если только для дела. Что-то найти можно. Пару-тройку гранат, например. И МОНок пару. Взял на дачу. Рыбу глушить.

Народ заулыбался. Глушить рыбу противопехотной миной направленного действия, это, знаете ли…

Вася Голованов усмехнулся.

— Да ты эстет.

Жора покосился на ветерана трёх военных кампаний и хмуро ответил:

— От эстета слышу. Сам пустой что ли? Так я и поверю тебе. Я вот открыт с обществом.