Сандра скривилась.

– Нас экспортируют...

– Депортируют, - мягко поправил Лестер. Помотав головой, девушка сказала:

– Пуэрто-Рико не желает разбираться в обстоятельствах дела и велит немедля уносить ноги домой. Собственно, здесь ведь тоже американская почва, правильно? Экспортировать можно...

– Депортировать, - чуть не застонал бедный парень.

– Депортировать, - хладнокровно парировала Сандра, - можно лишь из другой страны. А из Пуэрто-Рико нас будут экспортировать, милый.

По моему разумению, экспортируют тоже за рубеж; но я почел за благо промолчать.

– Я позвонила Элизабет, - сказала девица.
– Выложила ей все... что разрешили. Тебе привет и наилучшие пожелания.

Получалось, бывшая моя супруга, мать убитого сына, узнала: мщение свершилось. Я подивился, так ли пылко желала Бет покарать негодяев по прошествии нескольких дней, или успела утихнуть и успокоиться; но это вряд ли имело сейчас какое-либо значение.

Пара "молокососов" по-прежнему восседала подле моей постели. Оба, похоже, всячески стремились позабыть об ужасной затее, в которой участвовали накануне. И Сандра, и Лестер отплатили Карибскому Освободительному Легиону за погибших и не собирались омрачать свое дальнейшее бытие кровавыми воспоминаниями. Душевная тупость, но она свойственна большинству очень молодых субъектов.

Я погадал, отчего это невестка и Леонард изредка мечут друг на друга столь красноречивые взгляды. Возможно, потому, что повстречались при необычайных обстоятельствах; а возможно, и впрямь оказались родственными натурами - Бог весть... Лестер, правда, как и большинство ученых, напоминает безумца, но под мудрым присмотром здравомыслящей девицы, путающей депортацию с экспортом, сумеет сделать немало... Сандра, конечно, рискует, вешая на свою тоненькую шею начинающего гения, но в крайнем случае сделается очередной мученицей науки. Все жены гениев считаются таковыми.

Не склонен считать, что Мэттью порадовался бы, предайся юная вдова безутешной и непроходящей скорби. Не столь эгоистичен был мой отпрыск.

Точно в ответ на эту мимолетную мысль, девушка повернулась и явила моему обозрению траурную повязку на коротком рукаве.

– Это еще зачем?
– полюбопытствовал я. Сандра поколебалась и произнесла:

– Полицейский подарил. Когда понял, что времени купить черное платье у меня уже не остается. Пуэрториканцы очень щепетильны в этих делах... Кстати, именно из-за траура нас и выпускают в Штаты. Гибель моего отца стала желанным предлогом, который искали местные власти. Они расчувствовались, приложили руку к сердцу и отправили безутешную дочь присутствовать на похоронах...

Сандра передернула плечами.

– Карибский Легион. Какой-то недобитый недоносок проник в усадьбу... Не стану притворяться, будто умираю от горя: мы с папой никогда не ладили... Но все же Он был моим отцом и... сам понимаешь.

Скривившись, девушка помолчала.

– Нападавшего загрызли доберманы, - прибавила она полминуты спустя.
– У-уфф!..

– Сэнди, - заметил Лестер Леонард, - нам нужно поторопиться, иначе опоздаем на самолет и власти поневоле запрут обоих в каталажку. Это называется persona поп grata. Вернее, personae поп gratas, учитывая, что нас двое и нужно ставить как существительное, так и прилагательное во множественном числе... До свидания, сэр. Надеюсь, еще повстречаемся, и не раз.

Невестка тоже пожелала мне наискорейшего выздоровления. В свой черед, я произнес положенные слова касаемо счастливого пути.

Пожалуй, стоило бы вместо этого поздравить Лестера с несомненным подрывным успехом; но я отнюдь не был уверен, что парень сознает, сколько человеческих жизней унесли его доморощенные мины. Для Лестера все приключение было просто интересной технической задачей. Любовь, толкнувшая к участию в нашей атаке, самому Леонарду показалась бы ныне, в обществе привлекательной Сандры, недостаточным оправданием содеянному.

Лучше пускай витает в научных высях и не суется носом в кровавую грязь. Я не столь жесток, чтобы обременять молодую совесть устрашающими угрызениями...

После обеда явился Мак, в неизменном сером костюме с жилетом. Он уведомил, что врачи отнюдь не беспокоятся о моем здоровье и через несколько дней собираются дать пациенту коленкой под зад. Визиты Мака сделались в подобных обстоятельствах чуть ли не традицией: коль скоро в один прекрасный - вернее, ужасный - день я схлопочу смертельную пулю, то, наверное, повременю со славной кончиной, дозволю командиру прийти в палату и серьезно сказать: "приготовьтесь, дела плохи"...

– В рекордный срок вызволили ребяток, сэр, - ответил я.

– Учитывая личности погибших, Пуэрто-Рико не сочло нужным затевать судебный процесс. Да и не получилось бы у них ничего, кроме циркового представления.

– Варек действительно убит?

– Действительно. Блюстители американского закона вовсе не опечалены этим, однако досадно, что легионеры продолжают орудовать по инерции.

– Обезглавленная гадюка, сэр, еще продолжает извиваться. И курица мечется по двору...

Мак поерзал и придвинул стул поближе к больничной кровати.