– Тебе не стоило об этом говорить.

– Прости. Я должен был убедиться. После смерти моей праведной жены у нее никого не осталось.

– Считай, что я поставил свою подпись и печать. Но Мак нажал на нужные кнопки и через несколько часов тебя должны выпустить. Возможно, тебе удастся с ней помириться и приглядывать за ней самому.

Дуг покачал головой.

– Хотелось бы надеяться, но боюсь, наших отношений не изменить за один день после того, как мамаша обрабатывала ее столько лет. К тому же не исключено, что у меня осталось не так уж много времени, поэтому предпочитаю на всякий случай вкратце рассказать тебе обо всем, что я приготовил для нее.
– Закончив, он произнес: - Вот, пожалуй, и все. Теперь скажи мне, что с яхтой?

– Тут дело обстоит посложнее. Береговая Охрана уперлась крепко и уступать не хочет. На них слегка нажали, и мы пытаемся отыскать подонка, которого ты по глупости пустил на борт, чтобы вытрясти из него признание. Но на это уйдет, по меньшей мере, еще несколько дней.

Дуг поморщился.

– Шайка пиратов! Интересно, что они делают со всеми этими крадеными судами? Ох, простите! Не крадеными, а конфискованными. За пригоршню травы, которая на улице стоит несколько сотен долларов - даже если бы она принадлежала мне - прибирают к рукам яхту, стоящую не меньше пятидесяти тысяч. Хорошенькая справедливость, даже если бы я виноват был! Узаконенный грабеж!

– Не кипятись. Вовсе ни к чему переживать все заново. Кстати, похоже, ты потерял былую хватку?
– Я пристально посмотрел на него.
– Согласен, удар по горлу, судя по всем отчетам, получился вполне приличный, к тому же ты не мог знать, что под рукой окажется хирург-самоучка из Береговой Охраны со своим ножом. Но в остальном - всего лишь мелкие переломы и царапины. Роняешь престиж фирмы. Окружающие должны считать нас парнями, встреча с которыми опасна для жизни, мистер Барнетт.

Дуг спокойно встретил мой взгляд, удерживая голову под все тем же странным углом.

– Ты и сам знаешь ответ, Мэтт. Знакомство с этой проклятой дубинкой не лучшим образом сказалось на зрении. Я до сих пор не оправился, да и вряд ли оправлюсь. Полицейский мерзавец!

Я кивнул.

– Просто хотелось убедиться. Могу чем-нибудь помочь?

– Ничем. Равно как и кто-либо другой. Врачи давным-давно предупреждали меня об этом. Советовали избегать резких ударов по голове - смешно, правда?
– собственно, поэтому я и ушел на пенсию, хоть мы и избегали разговоров на этот счет. Но все равно, спасибо. Теперь, пожалуйста, позволь мне поговорить с дочерью.

– Приглашаю нашу самодовольную девицу.

– Мэтт...

– Да?

– Не рассказывай ей о моих глазах, черт побери. Во всяком случае, до того, как я с ней поговорю.

– Думаешь, это честно по отношению к ней?
– Не дождавшись его ответа, я сказал: - Ладно, раз тебе этого хочется. Будь паинькой.

– Уже пытался, а в итоге лишился яхты и угодил сюда.

– Что ж, тогда будь осторожен.

Отсутствовала Эми Барнетт меньше получаса. Когда она появилась вновь, бледное, укоризненное лицо свидетельствовало: семейное примирение не состоялось. Она вежливо попрощалась с сопровождающим ее полицейским, после чего мы вышли из комнаты, спустились на лифте и шагнули под лучи весеннего флоридского солнца. До тех пор, пока мы не отъехали, она молчала. В Машине она распахнула аккуратно застегнутый пиджак своего фланелевого костюма и повернула к себе одну из трубок кондиционера.

– Останься я во Флориде, наверное, пришлось бы покупать одежду полегче.

– Но вы не останетесь?

– Нет. Я возвращаюсь в гостиницу и постараюсь заказать на завтра билет в Цинциннати. Сегодня уже слишком поздно, - Она бросила на меня несколько вызывающий взгляд.
– Здесь мне незачем оставаться. Сегодняшний визит помог это понять.

– Он оказался в точности таким, как вы и предполагали? Никаких неожиданностей? Тот самый зловещий тип, о котором рассказывала вам мать?

– Не хочу об этом говорить.

– Вам не кажется, что он неплохо сохранился для своих лет?
– поинтересовался я.
– Симпатичный мужчина, со здоровым цветом лица. Плавание пошло ему на пользу. Или вы были так заняты перечислением материнских обид, что даже не посмотрели на него?

Девушка удивленно посмотрела на меня.

– Что вы хотите сказать, мистер Хелм?

– Проклятие, вы провели с ним целых двадцать минут. Почему я должен о чем-то вам говорить? Вы умная девушка и сами способны все разглядеть. Если пожелаете видеть.
– Не дождавшись ее ответа, я спросил: - Где вы сидели?

Она нахмурилась.

– Я собиралась сесть на ближайший стул, но он попросил меня перейти на другую сторону.
– Она озадаченно посмотрела на меня.
– Это имеет некое мистическое значение?

– И вам не бросились в глаза никакие странности в его поведении?

– Он слегка склонял голову в сторону и как-то слишком уж пристально смотрел на меня, но я решила, что это всего лишь нервная привычка, которую отец приобрел за прошедшие годы... Мистер Хелм, пожалуйста, прекратите! Скажите, к чему вы клоните!