– Он мертв?
– спросил Берт.
– Чем, черт возьми, ты его ударил?

Рой пожал плечами.

– Я просто ткнул в него маленьким дротиком.

Изо рта Джека пошла кровавая пена.

– Это убило его так быстро?

– Видимо, да. Давайте постараемся избегать таких вещей в будущем. Дай мне телефон.

Рой взял у Берта телефон и нажал несколько кнопок.

– Том? Да, он в безопасности. Джек мертв. Хорошо, скажи мне.

Берт наблюдал за лицом Роя. По мере того, как Том говорил, оно становилось все мрачнее и мрачнее.

– Отлично. Я надеялся, что ситуация не станет гораздо хуже. У Джека был билет. Дай-ка мне его посмотреть.
– Берт передал его.
– Завтра вечером, в Вашингтон. Да, это имеет смысл. Я расскажу об этом ребятам и перезвоню тебе.

– В чем дело?
– Берт приготовился к плохим новостям.

Рой убрал телефон в карман.

– Ну, Шекспир был плохим парнем. Он мертв. Похоже, заговор Стэнга выходит за рамки простого убийства всех клонов. Намного дальше. Ставки выросли.

– Что ты имеешь в виду?

– Судя по всему, послезавтра Стэнг планирует убить одновременно президента и вице-президента.
– Рой дал им осмыслить сказанное.
– И мы все знаем, кто следующий в очереди на президентство.

– Государственный секретарь?
– Эйб поднял глаза от кучи приманок, которые поспешно собирал.
– Генеральный прокурор? Премьер-министр? Не говори мне, я знаю это. Опра?

– Спикер палаты представителей. Фил-младший.

У Берта свело живот.

– Если он станет президентом, мы все умрем.

– Все гораздо хуже. Он планирует обвинить Китай в убийствах.

Берт проследил за ходом мысли.

– О нет.

– Именно так.
– Лицо Роя скривилось от беспокойства.
– Готовьтесь к третьей мировой войне.

Глава 24

Лос-Анджелес

Том кликнул на значок NEWS на сайте www.whitehouse.gov, чтобы проверить предстоящие события в расписании президента.

– Он в Канаде в течение следующих двух дней.

– Где?
– спросила Джоан.

Том проверил, где Президент должен был быть завтра в 4:15 - это было время, упомянутое в речи Билла.

Ровно в четверть четвертого по восточному времени наша нация потеряла двух своих лучших лидеров...

– Он будет в Монреале. Будет выступать перед Североамериканской энергетической комиссией, что бы это ни было.

– А как насчет вице-президента?

Том не смог найти никаких упоминаний о нем.

– Думаю, он будет председательствовать в Сенате. Рой упомянул, что у Джека есть билет на самолет до Вашингтона. Наверное, они планируют убить его прямо на заседании Конгресса.

– Значит, у нас есть - сколько - двадцать часов, чтобы попытаться остановить двойное убийство?

– Мы можем сделать анонимный звонок в Секретную службу, рассказать им о заговоре, и они позаботятся об этом.

– Они захотят доказательств. Которых у нас нет.

– Мы будем очень убедительны.

– Ты шутишь, да?

Том повернулся и посмотрел на него.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты правда думаешь, что президент отменит свою речь из-за анонимного звонка? Ему, наверное, каждый день угрожают психи со всего мира. Предположим, тебе позвонили и сказали, что мэра Чикаго собираются убить во время выступления. Что бы ты сделал?

Том понял ее мысль.

– Мы бы усилили охрану.

– Но можно предположить, что у Стэнга есть свои люди в охране. Черт, Секретная служба даже может быть в этом замешана, со всеми связями Стэнга. Мэр отменил бы свою речь?

Том медленно покачал головой.

– Скорее всего, нет. Он доверяет своей охране. К тому же он захочет доказать, что его не так легко напугать. Террористы не смогут надавить на его администрацию, и все такое.

– Итак, раздается анонимный звонок. Если мы попробуем поговорить с Секретной службой лично и расскажем им правду обо всем, что произошло, как далеко мы сможем зайти?

Том знал, чем это может кончиться.

– Нас задержат и, возможно, арестуют. Нас могут допрашивать несколько дней, даже недель. Без соблюдения процессуальных норм, если в дело вмешается Национальная безопасность. И Стэнг, конечно, будет все отрицать.

Лицо Джоан скривилось в раздумье.

– А что, если мы пойдем на выступление и попытаемся предупредить его лично?

– Мы не сможем приблизиться к нему и на сотню ярдов, как секретная служба набросится на нас. – Возможности предотвратить катастрофу такого масштаба, казалось, было им не под силу.
– Как насчет СМИ? Можем ли мы обраться в прессу?