— И в итоге ты успешно облажался, Ливан. А не судят у нас только победителей.

— Вы отдадите меня Дмилычу на растерзание?! — ужаснулся разведчик.

— Нет, но могу лишь избавить вас с Ривазом от сыворотки правды. С сегодняшнего дня вы оба в гильдии не работаете. Дела сдать до обеда, не позднее завтрашнего утра покинуть поселок. И учтите: подписку о неразглашении с вас никто не снимал. Узнаем, что болтаете лишнего — объявим охоту.

Возразить было нечего. К тому же начальник не упомянул о штрафе, а ведь их могли запросто лишить всех упсов, находившихся на виртуальных счетах. Ливан обреченно склонил голову и произнес:

— Никаких разглашений. Мы понимаем, что подставили гильдию, и следующая ошибка станет последней.

— Вот и договорились.

Рингед поднялся из-за стола и покинул дом. Ему еще требовалось сочинить ответ на послание Дмилыча.

Идея Семеныча сработала на сто процентов. В гильдии сразу поверили в существование сыворотки и быстро прислали ответ на нашу, по сути, «дезу» о проведении допроса. Допрос Лилии я в принципе провести не мог, поскольку она должна была прибыть в станицу лишь завтра поутру.

Мое желание как можно скорее закрыть эту проблему подстегивалось необходимостью завершить приготовления к встрече с модификантом, который мог появиться в любое время.

И все же я не удержался от вопроса:

— Семеныч, а вдруг добытчики согласились бы на твой приезд к ним и не стали возражать против допроса Ливана?

— Значит, пришлось бы прокатиться, — ответил он. — А что касается дознания, то с моим уровнем развития легко понять, говорит человек правду или врет. Но нечто наподобие сыворотки все-таки пришлось бы сварганить. Я одно время увлекался гипнозом и даже пытался создать препарат, ослабляющий сопротивление человека внушению извне.

— И как?

— Да… кое-что получилось, но с тяжелым побочным эффектом. Потом мне это стало неинтересно. Забросил. Ладно, вопрос с гильдией решен, давай вернемся к главному.

Нам действительно следовало ускориться, так что тему закрыл.

— С ростом уровня умения Аптекарь повысилась эффективность запрещенного системой средства по замедлению наноботов, — сообщил сотнику. — Теперь оно должно сработать сразу.

— Отлично! — поддержал он. — А нам сейчас надо найти компонент, нейтрализующий замедление.

Буквально через полчаса мы смогли подобрать смесь из трех составляющих, которая активировалась в крови на тридцать секунд позже. При этом она не соединялась с замедлителем даже после перемешивания.

— Так, Дмилыч, два средства мы имеем. Теперь нужно подумать о способах их доставки к объекту воздействия.

— К модификанту? — переспросил я.

— К нему, родимому. Причем использовать баллончик в данном случае — крайняя мера.

В спешке мы не успевали подумать об антидоте против наших смертельно опасных препаратов для любого живого существа, имевшего в крови наноботов. А проверять воздействие даже малых доз этих снадобий на свой организм желания не имелось.

— Что предлагаешь?

— На ум приходится нечто вроде хлопушки. В мое время такие на Новый год использовали. Дернешь за веревочку — вылетает конфетти. У нас вместо конфетти — крайне неполезная субстанция.

У меня в прежнем мире был знакомый, носивший с собой четырехствольный травмат «Оса». Пистолет заряжался в том числе и газовыми патронами, которые парень называл хлопушками. Рассказал об этом Семенычу.

— Точно! Видел такой в наших магазинах. Иногда молодым девчонкам покупают, чтобы в городе от особо наглых отбивались.

Попросил Кента, и тот через десять минут принес оружие:

— Всего один оставался, — извинился боцман. — Зато патронов два десятка нашлось. Всех видов, в том числе — и газовые.

— Спасибо.

Мы продолжили свои изыскания. Еще примерно два часа потребовалось на создание снадобья ускорения наноботов. Его придумал сотник и даже немного рассмеялся, когда выяснил побочный эффект:

— Представляешь, через пять минут после воздействия препарата клиента ждет жутчайшее расстройство желудка.

— Если гад не сдохнет от разрушения сосудов, то загадит все вокруг? — не удержался я от улыбки. — Опасное средство ты придумал, Семеныч.

Опыты мы проводили в специальном алхимическом шкафу, чтобы между нами и «продукцией» всегда находилась полиэтиленовая пленка и стекло. Закончив с препаратами, аккуратно вынули руки из специальных рукавов-изоляторов.

— Осталось лишь снарядить патроны и баллончик, — тяжело вздохнув, напомнил сотник.

Мы уже полдня химичили, и оба чувствовали усталость от напряженной работы. Эксперименты требовали особой сосредоточенности и аккуратности движений. Фактически мы создавали биологическое оружие, опасное не только для модификантов.