— Не пришлось, — я стянул через голову форменную рубашку и швырнул её на кровать. В Академии ремёсел не было определённой формы, но мы по привычке надевали ту, которую носили в Имперской школе. Это не добавляло нам популярности среди студентов, но, положа руку на сердце, никто из учащихся школы её не искал. — Она хорошая дочь и внучка. Всё прекрасно понимает, и постарается сегодня понравиться предполагаемому жениху. Также она приложит все усилия, чтобы найти в нём массу положительных качеств.

— Какая хорошая девочка, — Петька усмехнулся. — Хорошо хоть эти самые качества долго искать не придётся. Надеюсь, Тёмыч тоже хороший и послушный сын и не будет выделываться. Потому что, чтобы ты не говорил и не думал, а Наташка может взбрыкнуть.

— Я знаю, — у моей Наташи был в основном покладистый характер, но и она могла, как говорит Петька, «взбрыкнуть». Эта же Наташа и вовсе имела более независимый нрав. — Надеюсь, Артём не создаст трудностей. Что ты хотел мне показать?

— Вот, — и он с торжественным видом положил на столик кольцо. Я сразу же узнал в нём один из артефактов, вынесенных из библиотеки. — Это телепорт без привязанных изначально координат. Очень полезная штука, я тебе скажу. Есть только один ма-а-а-ленький нюанс, крохотный, вот такой, — и он двумя пальцами показал, насколько маленький нюанс удалось обнаружить.

— Ты специально это делаешь? — я посмотрел на него в упор.

— Что я делаю специально? — Петька состроил такую удивлённую морду, что мне сразу захотелось ему нос сломать. Тряхнув головой, чтобы отогнать неуместные желания, я медленно ответил.

— Нагнетаешь. Делаешь паузы, чтобы привлечь наибольшее внимание?

— Да. Ты так говоришь, будто в этом есть что-то плохое, — оборотень теперь удивился вполне натурально.

— Петька, говори уже, что за нюанс? — вздохнул я.

— Нюанс, да, — он потёр лоб. — Возвратиться можно только в точку начального применения. То есть, нельзя куда-то переместиться, потом подумать и переместиться ещё раз в другое место. Так это не работает. Берёшь кольцо, представляешь место, куда хочешь переместиться. Да, вот так просто. Не надо высчитывать координаты и тому подобное. Просто ярко в голове представляешь место и направляешь к кольцо частичку дара.

— И картинка захватывается даром и переносится на матрицу? — я взял кольцо и принялся вертеть, внимательно рассматривая.

— Верно, — Петька кивнул. — Классная вещь. А, учитывая, что я нашёл два таких, то вообще песня. Вот только, если ты захочешь его использовать повторно, то нужно сначала обнулить результат. То есть, нужно вернуться в то место, откуда скакнул. По-другому не получится.

— Если подвести итог, то нужно тщательно выбирать то место, откуда планируешь переместиться, — резюмировал я, надевая кольцо на мизинец. Оно только туда налезло.

— Да, точно. — Петька задумчиво смотрел на меня. — Тебе удобно? Кольца, я имею в виду.

— Вполне, — я подвигал рукой. Кольцо сидело, как влитое. Ничего не пережимало, не давило и практически не чувствовалось на пальце. — Я привык к кольцам.

— Ах, да, — протянул Петька. — Я всё время забываю, что ты величество. Тебе кольца положено было носить, чтобы мимоходом фавориток награждать за особо ценную службу, — он хохотнул, а я поморщился. Потому что, как ни крути, а он прав. Почти всегда так и было. И на возраст тут не спишешь. Я просто был идиотом. И очень надеюсь, что больше такого не повторится.

Он ещё хотел что-то добавить, но тут дверь с грохотом распахнулась и в комнату ворвался вихрь, в котором я только спустя полминуты узнал мать.

— Мальчики! — завопила она с порога. — Вы ещё не собрались? Петя, ну как можно быть таким безответственным? — она всплеснула руками.

— Матушка, что случилось? У нас ещё несколько часов до ужина… — начал я.

— Вот именно! Всего несколько часов. Это кошмар какой-то, — она заломила руки.

— Что случилось? — с нажимом повторил я свой вопрос. — Почему ты вообще здесь? Разве мы не договаривались встретиться на ужине?

— Да, но обстоятельства изменились, — мать упала в кресло, закрыв глаза тыльной стороной ладони. — Я только сейчас узнала, что на ужине будет присутствовать император. Проклятый Снегирёв, он не уточнил этот момент, когда мы договаривались.

— Возможно, он не знал точно, — взвешивая каждое слово, ответил я. Император Борис очень сильно и неприятно напоминал мне себя. Я мог и вовсе без приглашения завалиться к любому в дом. Но там работало правило левой пятки Ваньки Долгорукого. Здесь могла собственная дурость подсказывать, что и как вытворять. — Его величество мог в самый последний момент прислать оповещение о согласии присутствовать на ужине.

— Ты так думаешь? — мать выпрямилась и внимательно посмотрела на меня.

— Я просто уверен в этом. — И улыбнулся, стараясь ободрить её.

— Хорошо, — он помассировала виски. — Начинайте собираться, мальчики. А я пойду помогу Наташе. Всё должно быть безупречно.

Она выскочила из комнаты, а Петька заржал.

— Вот это поворот. А Тёма, оказывается, так здорово скрывал свою породистость. Надо же, император к ним на ужин захаживает, а он бедным сироткой прикидывался. — Радостно сообщил оборотень. — Но, мать права, нужно собираться. Это тебе можно шмотки клирика напялить и хорош. А мне нужно выглядеть прилично. Но теперь я точно ни за что не пропущу этот ужин.