— Да вы что! — вполне искренне возмутился я, — вы же знаете, что я в гомеопатическую аптеку на обучение хожу! Так вот этот сбор она при мне делала. Это очень полезно!

— Аааа, ну раз так… — моментально сцапала кулёк Степановна и расплылась в улыбке, — спасибо тебе, что уважил старую. У меня же кости так болят на погоду, что ой. А ещё колено у меня ломит. Правое. И вот, где пальцы, смотри, здесь аж раздулись суставы-то. Я их барсучьим жиром мажу. И повязки с порошками накладываю на ночь. Но не помогает. Может, хоть твой сбор поможет….

Она минут двадцать рассказывала о суставах и мазях. Бабка Пэтра была права — это лучший подарок и, кажется, я только что обрёл преданную подружку.

В общем, еле-еле я от неё вырвался.

Сегодня у меня поздно вечером должна была состояться первая встреча с профессором Джузеппе Маркони, знатоком латинского языка. Я быстро забежал во флигель, переоделся в самый приличный костюм (что-то я из него слегка вырос, надо раздобыть денег и прикупить новый) и побежал на встречу, которая проходила по тому адресу, где меня экзаменовала комиссия на наличие спиритических способностей.

Профессор Джузеппе Маркони стоял спиной ко мне и смотрел в окно.

— Здравствуйте, профессор, — вежливо поздоровался я.

Профессор обернулся, и я обомлел.

Я взглянул на профессора и остолбенел — он был как две капли воды похож на… Лазаря. Не может этого быть! Я же лично его уничтожил. В первый миг у меня аж мурашки по коже побежали. Но, затем, присмотревшись, я понял, что нет, это не Лазарь.

Во-первых, мужчина был значительно старше. Морщинки у глаз, седина на висках — точно не Лазарь. Но, чёрт возьми, как же похож! Во-вторых, Лазаря я таки кокнул!

Джузеппе Маркони, видимо, ощутил моё замешательство, так как взглянул на меня очень внимательно и тщательно скрываемым недовольным тоном сказал на очень правильном русском языке, так как разговаривают только иностранцы:

— Добрый вечер, товарищ Капустин. Мне сообщили, что вы имеете интерес к латинскому язык. Я здесь всего на неделя и не абсолютно уверен, что даже минимальный курс можно освоить за этот срок. Мои студенты только одну лишь постановку времен в придаточных предложениях с конъюнктивом могут изучать больше месяц… Я имею затруднение, как с вами быть? За вас имели просить уважаемые люди.

Я понял, что нужно брать инициативу в свои руки.

— Здравствуйте, профессор Маркони! — вежливо поздоровался я и обозначил своё отношение лёгкой улыбкой. — У меня всего несколько конкретных вопросов. И я буду благодарен, если вы подскажите, как с ними разобраться. Дальше я уже сам.

— Хорошо, — кивнул Маркони, — вы можете приносить свои вопросы завтра сюда, в это же время. Я имею помогать вам.

Профессор дал понять, что аудиенция окончена. Мне оставалось поблагодарить и откланяться.

Домой я вернулся в приподнятом настроении. Дело, кажется, сдвинулось с мёртвой точки. Всё было замечательно: с профессором о латыни договорился, погода была тихая, безветренная, хозяйка, Ангелина Степановна, встретила меня, как родного, во флигеле меня ждал хлеб с сыром, сейчас сделаю чаю и запирую, что ой.

Я шел домой и улыбался.

Зато флигель встретил меня форменным безобразием. Мало того, что Моня и Енох, как два боевых кота устроили словесную перепалку, так они ещё и дрались. Я впервые видел, как дерутся призраки. Это было интересно и поучительно. Я тихонечко вошел, примостился в уголочке, отломил краюху хлеба (попкорна же у меня не было) и принялся наблюдать.

— Циклоп!

— Обглодыш!

— Кто, я обглодыш?! — оскорблённо взревел Енох и внезапно ринулся на Моню. Моня в это время безмятежно парил в воздухе, отпуская ехидные замечания о Енохе. И тут скелетон налетел на Моню, но, видимо забыл, что он призрак, и пролетел через него. От такой подставы Моню подбросило до потолка, и он сперва впечатался в него, а затем проник верхней частью туловища на чердак, так, что в комнату свисали только ноги, и в таком вот позорном положении замер. Видимо, застрял.

— От обглодыша слышу, — удовлетворённо констатировал Енох и, внезапно увидев меня, развёл руками:

— Так и живём.

— Зачем опять дерётесь? — нахмурился я.

Нет, драка была короткая и закончилась эпической победой Еноха, но дисциплину держать было надо, поэтому я был строг.

— Так он первый меня задирает! — наябедничал Енох и обличительно добавил, — знаешь, Генка, вот не надо тебе было этого дурака к себе брать. Давай-ка ты лучше избавься от него. А если тебе нужен ещё один дух, то мы легко найдём. Та же старушка из церкви — благообразна, вежлива, приветлива. Я уверен и Святое Писание наизусть знает. Не то, что этот.