— А вы?

— А мы ускользнем в суматохе, встретимся где-то с другим катером, на котором не будет ничего подозрительного, и пересядем на него. Он доставит нас на корабль, на котором мы и уплывем. Подробности я не знаю. Монах сказал, что он сделает все сам... Он уверен, что я в него влюблена. Он считает, что я пошла на это не столько из политических убеждений, сколько в надежде удрать с ним вместе... Мне пришлось оставить его в этом убеждении. — Она слегка покраснела, но поскольку я уже видел, как она краснеет по заказу, это не произвело на меня запланированного впечатления.

— Ну, а как насчет его собственных политических убеждений? — спросил я. — Зачем он все это делает?

— Разве не понятно? В знак протеста против войны. И чтобы эти солдаты не попали туда, куда их везут.

— Что-то не похоже на Монаха, — сказал я. — Он никогда не славился пацифизмом. Разве что несколько постарел и размяк. А как насчет этой русской? Что до китайцев, то можно предположить, что они оказывают Монаху техническую помощь, хотя вообще-то он прекрасно справляется сам, где дело касается взрывных устройств. Но зачем принесло сюда русскую шпионку? Ты ведь сказала, что она из Москвы?

— Да, но я не знаю, какое у нее задание. А какая разница? Ведь коммунисты работают сообща.

— Не ставь на это слишком много денег, — рассмеялся я. — Ладно, не знаешь, так не знаешь. Это несколько меняет планы. Надо доложить в Гонолулу. Там, в тростниках, спрятана лодка. Вот твой ребеночек. Сначала расскажи мне, как добраться до К. Потом перепрячь лодку так, чтобы люди Монаха не отыскали ее. Когда стемнеет, садись в лодку и плыви на запад к Калаупапа, там колония прокаженных. Если пассат будет дуть, как вчера, по ветру ты доплывешь часа за два-три. Если верить карте, на полуострове Калаупапа есть маяк. Обогни мыс и подойди к берегу с подветренной стороны. Там у них все нужное оборудование, в том числе и связь. Обязательно свяжись с Гонолулу. Корабль не должен завтра сняться с якоря. О`кей?

Я говорил так четко и громко, чтобы не возбудить подозрений Джилл и быть услышанной Изобел. Но тело ее не подавало признаков жизни. Может быть, я ошибся насчет раны?

Ну что ж, либо она жива, либо нет. Либо слышала все насчет Калаупапа, либо нет. Либо она свяжется с Гонолулу, либо нет. Я тут уже не мог ничего поделать. Если я сейчас пущусь в путь, дозорные на К. быстро заметят меня, и катер мгновенно отрежет меня. Если я двинусь на юг пешком, то на это у меня уйдут дни, чего нельзя было допустить.

А если я буду дожидаться темноты, Монах пошлет своих людей и они успеют отыскать меня. Единственным способом удержать его от прочесывания этих мест оставалось самому заявиться к нему. Это давало возможность Изобел уплыть — если у нее хватит сил, а мне — устроить какую-нибудь диверсию, если, разумеется, представится разумным. Ну и мне также нужно было увести отсюда Джилл. Я решил, что это как раз не составит труда, и не ошибся.

— Ладно, Мэтт, — начала она, — но все-таки...

— Ну?

— До темноты еще много времени. Дай я провожу тебя хотя бы часть пути и укажу тебе, как действовать дальше. Не создавай у меня ощущения, что я завалила дело... Ну, а потом я вернусь и спрячу лодку.

— Как скажешь, — пожал я плечами. — Главное, запомни направление. На запад, курс на маяк Калаупапа, сразу, как стемнеет.

Прощаний не было. Мы просто двинулись в путь — сначала Джилл, потом я. Мы продрались через заросли и стали карабкаться по скалам на запад. День был солнечный, жаркий, нагрузка получилась приличная, и я был рад, что уже успел загореть, иначе сразу поджарился бы без рубашки. Порядком вспотев, мы преодолели гору, заслонявшую от нас следующую бухту.

Бухта была побольше той, где пристала наша лодка, и долина — пошире. Не было там сверкающего водопада, и вообще мало что напоминало тут Райский сад, в котором мы блаженствовали с Изобел. Правда, с тех пор многое изменилось.

Мы двинулись дальше, не встречая никаких признаков человеческого присутствия. Скалы снова сменились сочной тропической зеленью. Вдруг Джилл остановилась и обернулась ко мне.

— К. там, за той вон горой, — сказала она, махнув рукой. — Пойдешь через ту седловину. Часовой пониже. Еще один на мысу, а третий на утесе за лагерем. Ты их спокойно минуешь, если пойдешь через долину. Кстати, в отличие от меня, тогда ты не угодишь в болото. Слава Богу, на Гавайях нет змей, ни водяных, ни каких-то других.

Я снова посмотрел на нее. А вдруг я все-таки ошибаюсь? Никогда не известно, где правда. Все решает орел или решка, так или иначе выпавшие кости. Джилл выглядела очень привлекательно, даже в запачканных брюках и рваной рубашке. Она протянула мне руку и сказала:

— Пожалуй, я вернусь к лодке, Мэтт.

— Ладно. — После рукопожатия я сказал: — Счастливого плавания, девочка.

— Я пришлю подмогу. Как можно скорее.

— Нет, сначала лучше предупреди наших там, на корабле, не надо пугать этих здесь раньше времени. Лучше я попробую им тут напортить. А то если помощь заявится слишком рано, они удерут на катере со взрывным устройством, и это может плохо кончиться и для “Генерала Хьюза” и для многих других. Ты отвечаешь за корабль. Я попробую захватить катер. Только сперва уж сделай свое дело, а потом беспокойся обо мне, ладно?