— Н-нет…

— Там, как обычно, родители шашлыки будут жарить, — он усмехнулся, понижая голос. — Они сюда и едут по большей части за этим — место тут хорошее, кто-то на выходных с палатками даже остаётся… Сегодня народу мало — будний день, обычно больше. Единственное условие — мусор за собой убирать, но это и так понятно. Тут, кстати, ручей неподалёку есть… — его неторопливый ленивый тон казался сейчас таким умиротворенным и спокойным, словно всё то, о чём он рассказывал, существовало всегда, с момента сотворения мира, и от этого на душе становилось удивительно тепло и радостно…

Чем ближе мы подходили к кустам, тем больше открывалось прятавшееся под гигантским деревом строение — длинная узкая деревянная беседка в форме прямоугольного балкона, в единственной стене которой на равном расстоянии друг от друга располагались несколько дверей. Две из них были открыты, и там туда-сюда сновали радостные дети, мешающие немногочисленным мужчинам вытаскивать на улицу какие-то большие бумажные пакеты, складные стулья и скамейки. Перед беседкой уже стояли три небольших мангала, пара вёдер с замаринованным покупным мясом, тут же чьи-то мамы в спортивных костюмах раскладывали пакеты с овощами…

— Ты бы хоть предупредил, — я поджала губы, чувствуя лёгкую досаду на то, что по итогу тут оказалось так много народу, да ещё и все друг друга знают. — Мы ничего не брали с собой…

— Ничего и не надо, Олесь, — Адам ожидаемо раздражённо фыркнул. — Это Ромкина инициатива сегодня, отца Ивана, он не предлагал скинуться, он по умолчанию взял на всех. На выходных родители созваниваются заранее, когда планируют закупаться… Так что не паникуй, — Адам неожиданно как-то по-свойски положил руку мне на плечо… Но тут же убрал, почувствовав, как я вздрогнула. Сделал вид, что ничего не произошло… — Просто расслабься и отдыхай, Олесь…

Кивнула, кусая губы. Легко сказать — отдыхай. Это нужно перезнакомиться со всеми, запомнить, как кого зовут, сделать что-нибудь общественно полезное — порезать лук и помидоры или вроде того, при этом поддерживать общую беседу… Я как-то не была готова к подобному, да. Но в целом мне здесь вполне даже нравится…

Из открытой двери выскочил Игорь. Без сумки, в одной футболке — куртку уже скинул в раздевалке. Не замечая меня, громко топая по доскам и счастливо крича что-то почти матерное, спрыгнул со ступенек и полетел вместе с друзьями куда-то за угол беседки…

Адам проводил его снисходительным взглядом. Чуть притормозил, замедляя шаг.

— Сын у тебя молодец. Быстро коммуницируется с людьми, заводит новые знакомства, — он совсем остановился, неожиданно становясь серьёзным и немного осуждающе глядя мне в лицо. — Отец участвует в его воспитании?

Чего?!

Почему-то меньше всего ожидала такого вопроса. Наверное, любому другому человеку я бы быстро дала понять, куда идти и как не лезть не в своё дело, но… Адаму я осознанно не могла так ответить. Просто потому, что если он спрашивает о чём-то, то всем вокруг становится очевидно — это его дело тоже. Даже если совсем не его…

Стушевалась. Пожала плечами, отвернулась. Промямлила под нос:

— Ну да… Приезжает, подарки привозит… Они за одну футбольную команду болеют даже… И в игры на приставке любят играть… И вообще, Игорь очень на Серёжу похож…

Господи… Лучше бы я молчала… Стыдно почему-то от того, как нелепо это всё звучит…

Адам никак не отреагировал на мои сбивчивые перечисления достоинств бывшего мужа. Помолчал немного, ожидая, что я скажу ещё что-нибудь, но так и не дождался. Кивнул, словно соглашаясь со мной…

В который раз поймала себя на мысли о том, что у него тоже должен был родиться сын, не только дочь. С таким папой любому мальчишке было бы интересно, наверное…

— Пошли, покажу кое-что… — Адам неожиданно сменил траекторию, обходя мангалы и беседку. — Все уже собрались, можно начинать, но парни пока не набегаются — не угомонятся… — он добродушно улыбнулся, глядя на то, как толпа мальчишек лезет сквозь кусты. — Ты давно последний раз ландыши собирала, Олесь?

Чего собирала? Ну-у-у-у… В прошлом году покупала букетики у бабулек у метро…

Промолчала, с каким-то разочарованием покосившись в спину обогнавшего меня на шаг мужчины. Господи, вот только ландышей мне не хватало от Веркиного хахаля… Зачем он так?! Это же… Это что-то тонкое и личное как будто, какое-то настоящее и запечатанное за семью печатями для нас, я просто не готова к каким-то ландышам от этого человека… Ни от кого не готова…

Я никогда не собирала ландыши. Нет, в детстве родственники таскали меня в лес за грибами пару раз, однажды даже за клюквой возили на болото, но точно не за цветами. И почему-то сейчас, проходя между стволов высоких деревьев и озираясь по сторонам, я не могла не ощутить какое-то необычное волнение — словно попала в иное измерение, незримо отличающее от того, к которому я привыкла… Казалось, весь лес был пронизан этой необычной атмосферой — сквозь зелёные молодые кроны пробивались солнечные лучи, ложащиеся на изумрудную землю световыми треугольниками; вокруг застыла тишина, если не считать звонкого переливчатого щебетания птиц; в каждом вдохе ощущалось какое-то неспешное течение самого времени…