Два часа, целых два часа непрерывных взрывов! Андерсон при помощи всего, что у него было в распоряжении, заливал побережье огнём, свинцом и плазмой. Но итог был неутешительный для нас — весь совокупный удар флота и орбитальных платформ смог ранить ещё парочку особей, но добить этих грёбанных осьминогов не смог.

А враг опять нас неприятно удивил. Когда понял, что мы не смогли их накрыть разом и убить, сразу выставил всех своих кракенов. Ведь стоило им начать движение в нашу сторону, как у них падала концентрация и иногда нам удавалось пробить их телекинетический щит. В итоге кракены создали один гигантский щит, из-за которого орбитальные удары флота стали бесполезны. Твари просто ждали, когда под этим зонтиком на берегу соберутся все доступные им силы.

Тем временем мы в штабе пытались родить новую тактику или найти любые слабости у врага. И как ни странно, смогли найти её в новой разновидности ракет серии «Перун», что содержали в себе заряд пси-энергии с уклоном в гравитацию и молнию. На записях обстрела мы увидели, что ракеты детонировали при ударе о пси-щит врага и вызывали в защите то ли помехи, то ли нарушали концентрацию кракенов. И эти разрывы в проецируемом врагом защитном пси-поле могли нам очень помочь.

Сразу часть штаба засела за расчёты, пытаясь просчитать время для комбинированного удара по противнику за счёт применения ракет и орбитального удара. Проблема была в том, что эффект от ракет длился не больше трёх-пяти секунд, а мощность ракеты влияла только на зону помех при разрыве, но никак не увеличивала их продолжительность.

Андерсон сразу стал предлагать испробовать ядерные ракеты, начиная с тактических и вплоть до полноценных. Кем-то был даже поднят вопрос о возможности применения техники «чёрной дыры».

Пока мы тратили выигранное флотом время на новые идеи и расчёты, враг, не будучи дураком, тоже действовал. Заметив, что во время передвижения кракенов быстрее пробивается защита, он вновь сменил тактику, чем неприятно нас удивил.

Часть кракенов стала продвигаться вперёд с отключёнными щитами, пока основная их масса стояла на месте под защитой. Немного продвинувшись, они останавливались на новом месте и врубали свой щит. И теперь уже задние продвигалась вперёд до границы проецируемых щитов, после чего замирали и подключались к щиту, усиливая и продлевая его зону охвата в нашу сторону. В итоге вся масса водных зергов, чередуя кракенов в такой необычной карусели, неотвратимо стала двигаться в нашу сторону.

«Как забавно всё случилось, — подумал я, стягивая все имеющиеся у нас силы в кулак. — То, что начиналось как маленькая победоносная война для проверки наших новых сил, неожиданно обернулось полноценной войной с неопределёнными последствиями для всей моей стаи».

Суровая реальность вновь дала понять, что мы на родной планете не стали самыми сильными и всеведающими. Особо меня напрягал мощный био-сигнал в океане, как мы предполагали — вожака водных. И вот его способности и навыки меня сильно страшат.

В наших передних рядах стояли стальные легионы, за ними шли низшие, а в самой гигантской крепости сидели основные особи, которым соваться на передовую я запретил. В крепости-городе негде было упасть яблоку, всё свободное пространство занимали орудия, техника и бункеры. Сам оборонительный комплекс ощетинился стволами наружу, а внутри каждого помещения сидели толпы основных особей. Даже в коридорах уже начали то тут, то там появляться ящики с боеприпасами, гранатами и оружием, а то на складах места уже не хватало.

Как ни удивительно, но первой, как замедлить продвижение и нанести существенный урон водным, придумала молодая королева. Она предложила запустить гиблингов, то есть по сути живые мины. Тридцать тысяч гиблингов рванули в сторону врага и, не доходя километра, зарылись в землю. За ними двигалась часть инженеров, которые уже на расстоянии порядка пяти километров стали активно устанавливать минные поля и скрытые орудийные системы, наподобие тех, что уже использовались при обороне первого омута. С ними зарывались и просто боеприпасы с взрывчаткой. В некоторых местах механикусы даже разместили спецбоеприпасы, зарыв примерно в шести километрах от нас около трёх десятков тактических ядерных фугасов.

Враг находился на расстоянии примерно в двадцать шесть километров от нашей крепости-города и двигался со скоростью километр-полтора в час. Через четыре часа враг неожиданно ускорился и совершил попытку прорыва, резко ослабив щиты. Андерсон умудрился это не прозевать и воспользовался шансом по полной, нанеся удар всем чем успел. В итоге концентрированным огнём было сожжено три кракена, пятерых ранило, и враг остановил своё продвижение на четыре часа, зализывая раны.

Механикусы и биологи не теряли время и использовали случившуюся передышку по максимуму. Первые с помощью инвенторов старались ещё больше утыкать всю территорию вокруг нас ловушками, минами и скрытыми орудийными системами. Часть из них создавалась прямо на месте. Биологи же распространяли разные штаммы слизи и выращивали боевую флору.

Чего только не высаживал и не проращивал наш биологический отдел, начиная от режущей травы и псевдо-тентаклей до разных разновидностей споровых растений и колоний. Я вовсе помалкиваю про разнообразие ядовитых цветочков и другой неведомой хрени, для которой у меня и названий-то нет. Вот так смотришь со стороны — прям некий сказочный мир из детских сказок, красивые растения, ровная травка разных цветов. Не хватает только молочных рек с радугой. А так один в один фантазийный лес, если не знать, что на самом деле всё это из себя представляет.