Бью его в грудь, затыкая. Алькор, качнувшись, отступает на шаг. А вот Сириус выдержал и даже не покачнулся. Поджимаю губы и, мотнув головой, стараюсь удержать очередные дурацкие слёзы! Я в последний раз плакала в семь лет из-за сломанной ноги Софи. Но стоило появиться в моей жизни беспринципному сеатцу, и этот солёный водопад не остановить!

– Ты больше не участвуешь в отборе! Собирай вещи и иди учить глупых принцесс, раз они тебя привлекают! – выплёвываю каждое слово, сжимая кулаки от очередного разочарования и боли в груди. Не смотрю на мужчину. Если посмотрю – точно выцарапаю глаза, чтобы не видеть эти молнии. Мои молнии!

– Вас расстроило, что я учтиво поддержал беседу с Исидой? – спрашивает бессмертный Алькор, и в его голосе сквозит веселье! Зло вскидываюсь, замечая улыбку на губах. – Она принцесса дружественной планеты, я лишь оказал должное внимание и поухаживал за дамой согласно этикету и дворцовому протоколу.

– И что же за уморительную беседу вы вели? Ты со мной так не смеялся никогда! – опять бью по груди, но на этот раз Алькор никуда не отступает, наоборот, он сжимает кисти и притягивает ближе к себе.

– Мы говорили о Вас, – тихо отвечает Кор. – Я рассказывал принцессе о Вашей красоте, смелости и мужестве. Рассказывал, какая сильная и упрямая женщина моя королева. Как она за короткое время из неоперившегося птенца превратилась в прекрасную лебедь. И насколько я счастлив оказаться одним из немногих, кто наблюдал за этими метаморфозами. Рассказывал, какая вы эмоциональная, особенно по утрам. Как обещали меня уволить, застрелить и даже ввести казни и казнить. Но изо дня в день я врывался к вам в покои. Меня не пугало увольнение или смерть. Я лишь хотел увидеть именно Вас. Без холодной королевской маски, которую вы надеваете, выходя из своих покоев. Увидеть ту девушку, которая приехала погостить на незнакомую планету, но не боялась ничего. Взирала на всех с любопытством и хмурила брови. Именно по утрам моя королева бывает самой собой. Молодой девушкой. Эмоциональной и немного капризной. Сонной, уютной и тёплой.

Его ладони ползут наверх по предплечьям, плечам, шее и останавливаются на щеках. Пальцы зарываются в волосы, он поднимает голову выше, чтобы заглянуть в глаза. Большим пальцем Кор стирает дорожки дурацких слёз с щёк. Смотрит с грустной улыбкой. Слова безэмоционального ахернарца что-то задевают внутри, что-то ломают. Мне впервые в жизни нечего сказать. Я лишь пытаюсь проглотить ком в горле.

– Я никогда не покину Вас, как бы сильно ни гнали меня. Пройду любые испытания, что уготованы, и стану вашим советником. Клянусь! – с жаром шепчет Алькор, продолжая держать мою голову в своих прохладных аристократических пальцах.

– Хорошо, – бурчу, облизнув губы.

Мужчина тут же прикипает взглядом к губам. Потянувшись на носочках, прижимаюсь к его губам. Чисто проверить одну теорию. Чувствую, как задерживает дыхание Алькор и каменеет всем телом. Лизнув его сухие губы, прикрываю глаза. Кор с шумом вдыхает воздух и отвечает на поцелуй. Прижимает крепче к торсу и ласково гладит губами мои губы. Мне совсем не противно. Очень даже приятно. Ахернарец очень осторожен, он будто ходит по минному полю, старается сильно не напирать, выпивает дыхание, сталкивается с моим языком и тут же отступает. Странный поцелуй, но мне нравится. Поняв, что я совсем не против, Алькор углубляет поцелуй. Неожиданно жаркая ласка от столь холодного третьего советника будоражит кровь. Обнимаю его за шею, зарываюсь в светлые волосы, тяну на себя. Голова кружится, сердце бьётся быстрее и живот тянет. Его руки гуляют по спине, теснее жмут меня к твёрдому телу.

– Ты опять заперлась в кабинете, Веда! – в комнату врывается мама и замолкает на полуслове.

Отталкиваю Алькора и, отпрыгнув в сторону, злобно смотрю на улыбающуюся родительницу.

– Ой, простите, – бормочет женщина, но совершенно не выглядит виноватой.

– Мы уже идём, – бурчу, поправляя волосы и ища маскирующий браслет. – Кор, ты свободен.

– Да, Ваше Величество, – коротко кивнув, он направляется к двери.

– Стоять! – вспоминаю я об его смертушке. Алькор разворачивается и смотрит совершенно спокойно. Правда, в глазах буря эмоций, которые не получается интерпретировать. – Будешь улыбаться ещё какой-нибудь особе – оторву всё, что плохо висит! Ты холодный ахренарец и мой советник!

– Да, Ваше Величество, – с широкой улыбкой на губах склоняет голову мужчина. – Я Ваш.

– Вот и помни это, – опять что-то непонятное, но тёплое разливается в груди. Тряхнув волосами, подхватываю браслет и надеваю на запястье. Конспирация – наше всё!

Алькор удаляется первым. А вот мама уже никуда не спешит. Задумчиво разглядывает меня и улыбается. Чего она постоянно улыбается-то? Ах да, поцелуй! Сейчас же будет лезть с вопросами и раздавать советы. Закатываю глаза, готовясь к очередным «задушевным» разговорам о мальчиках. Но нет, женщина подхватывает под локоть и тянет меня опять в бальный зал.

– И что? Даже не отчитаешь? Помнится, Каппелу ты наказала за поцелуй с Рустером, – ворчу я.

– Капелле было шестнадцать, а Рустер совершенно точно не был её возлюбленным, – отвечает эта женщина.

– Алькор тоже не мой возлюбленный. Я просто проверяла теорию, – фыркаю.

– И как? Успешно? – вопрос мамы выбивает из колеи. Останавливаюсь в пустынном холле.

– Не знаю, – подумав, отвечаю и тяну маму в зал. Нужно от её проницательного взгляда и дурацких вопросов как-то избавиться. – Пойдём к папе Стею, хотела с ним кое-что обсудить.