Еще он добавил приказ проверить внешнюю антенну на уцелевшем борту, заснять ее со всех ракурсов и только потом идти уже привычным маршрутом к кормовому люку. Что делать, если последняя радиорубка тоже окажется разрушенной, Виктор старался не думать. Вместо этого, он запустил программу, и улегся обратно в угол.

Что-бы отвлечься от голода, он закрыл глаза, и начал вспоминать последнее прохождение «Рассвета Марса». Интерактивный фильм о первых десятилетиях колонизации, героических временах первопроходцев, и страшных временах, последовавших за гибелью метрополии. Когда все висело на волоске, ведь к концу девяностых годов 21 века население китайской колонии едва превысило пять тысяч человек. Виктор как всегда играл от первого лица, и дойти успел лишь до сцены с атакой на японскую научную станцию. Их маленький марсианский кусочек Великой Мести, едва лишь середина фильма. И доиграть уже наверное не судьба.

– Вот уж хрен!
– пробормотал Виктор сквозь дрему, - эту сохраненку я дойду до конца!

Он перевернулся на другой бок. Несмотря на малую силу тяжести, лежать на переборке все равно было жестко и он постоянно отлеживал себе бока. Да и скафандр не добавлял удобства, несмотря на свою продуманность, возможности торчать в нем сутками с комфортом конструкторы не предусмотрели. Тотальный и неустранимый отказ систем жизнеобеспечения был вариантом скорее гипотетическим. А под гипотетические ситуации флот ресурсов на комфорт обычно не выделял.

МРМ вернулся как раз, когда Виктор начал вспоминать самые первые, самые яркие дни с Джиао. Когда он даже начал думать, что нашел ту самую.

– Задание выполнено!
– прошелестело в наушниках.

– А, что б тебя.
– Виктор с усилием принял сидячее положение.
– Как же ты не вовремя! Ну давай показывай.

Виктор включил записанное в память робота видео, и начал проматывать первые минуты, пока МРМ выбирался через жилой отсек наружу. Даже на видео спуск в колодец к звездам вызывал у него дрожь. Особенно, когда смотришь его на забрале собственного шлема.

Но едва робот выбрался на внешний корпус, Виктор замедлил видео до нормы. И выругался сквозь зубы. В этот борт прилетали только мелкокалиберные снаряды гауссовок, но в легком корпусе все равно тут и там зияли здоровенные вывернутые наружу дыры. Испаряющиеся при ударе снаряды рвали корпус и все что под ним не хуже взрывчатки. И дыр этих оказалось неожиданно много, Виктор было удивился, не сразу сообразив, что именно в этот борт чаще всего прилетали снаряды с земного фрегата.

В кадре сначала мелькнул искореженный плавник радиатора, точнее его перекрученные остатки. Похоже, снаряд гауссовки угодил прямо в его основание, оторвав большую часть сетчатой конструкции, а следом Виктор увидел и свернутый остов всенаправленной антенны. Прямое попадание, полностью выведена из строя.

– Ожидаемо, ??.
– меланхолично заметил Виктор.
– Значит будем искать проволоку.

Дальнейший путь он снова проглядел на перемотке. Смотреть на изуродованный корабль не хотелось, это зрелище причиняло почти физическую боль, словно снаряды искорежили не корвет, а самого Виктора.

Кормовой шлюз МРМ загодя оставил открытым, что бы каждый раз не тратить время на его открытие. В этом отсеке повреждений практически не было, и Виктор было сделал стойку, прикидывая, не удастся ли запустить локальную систему жизнеобеспечения тут. Но посмотрев на показания счетчика радиации, тут же от этой мысли отказался. Треть зиверта в час, даже в скафандре он наберет несколько смертельных доз задолго до прибытия помощи. Проще уж открыть забрало шлема, и умереть быстро, и почти без мучений.

Тем временем робот миновал вспомогательный ядерный реактор, прошел по коридору мимо разгромленной серверной, и подошел к крошечному закутку радиорубки. Его и отсеком то можно было назвать с большой натяжкой. Три квадратных метра площади, фактически ниша для оборудования. И когда робот вскрыл нишу, Виктор уже не удивился. Оборудование в шкафу перемололо в хлам не хуже, чем кластер в серверной, так что дальней связи у корвета больше не было.

– Марс не сдается, ??.
– без выражения произнес Виктор.

Обратную дорогу он смотреть не стал, закрыл видео и отвернулся к стене. Даже прилети на сигнал о помощи «Потрясатель», все равно оставался небольшой шанс. Линкор мог не выстрелить, взятого в плен Виктора Директорат обеспечил бы лучшими адвокатами, или банально дали взятку кому надо в суде. Ведь он просто выполнял приказ! Да демон побери, ну отсидел бы он десяток лет, срок долгий, но выйти в тридцать восемь все лучше, чем сдохнуть сейчас. Увы, снаряды линкора уничтожили коммуникационное оборудование, лишили его и этого шанса.

Да, на корвете были аварийные буи, отстреливались они автоматически, вот только толку от их сигнала SOS было немного. На родине и так знали о судьбе «Гуан Ши», но наверняка были уверены в том, что на борту не осталось живых. В Адмиралтействе сидели не идиоты, они прекрасно осознавали, что сделает с корветом главный калибр «Потрясателя». По всем канонам Виктор должен быть мертв.

– И как дать о себе знать?
– Виктор лежал, глядя в переборку, - До буев не добраться, их центробежной силой раскидало, ситуация, хоть сигнальные ракеты запускай, как в том фильме про «Титан» и айсберг. Так ведь нету у меня ракет.