Пока удовлетворяла свои раннетоксикозные гастрономические потребности, Антонина Ивановна забрала у меня фонарик и принялась обследовать округу. Я же пыталась одновременно сориентироваться на местности. Внутренний компас у меня всегда работал хорошо, оставалось надеяться, что и сейчас не подведёт.

Вспомнила, где мы входили в подземелье из квартиры. Определила относительно входа стороны света. Получалось если стоять спиной к той стене, через которую попали в подвал, то впереди будет север и метров через триста заброшенный храм. Справа, к востоку, на протяжении метров сорока подвалы школы. Из которых, можно попасть на кухню или в столовую.

— Выход явный один. Может их больше, но хорошо замаскированы? — отчиталась Антонина Ивановна. — Идёмте. Что-то мне подсказывает, здесь мы ничего не дождемся. И помочь ничем отсюда не сможем.

Под школой обнаружился самый настоящий лабиринт. Переплетения коридоров, какие-то тупиковые закутки. Бесконечные помещения заваленные хламом типа старых парт, стульев, и прочей мебели. Закрытые двери, то ли в помещения, то ли ведущие куда-то проходы. Очень смущали эти бесконечные запутанные коридоры. Минут через пятнадцать я засомневалась в своем чувстве направления. Не уверена, что точно показала бы где юг, где север. Однако кое-что мы все же нашли.

Сколько к тому моменту прошло времени? Не знаю. Поразило то, что некто даже не удосужился скрыть свои визиты наверх. В одной из дверей просто напросто торчал ключ. Недолго думая мы им воспользовались. И попали… В школьную кладовую при столовой! Не продовольственный склад, а то место где хранилась всякая утварь, типа котлов, противней, старых погнутых поварешек.

Вышли. Темно. В окна пробивается свет далёких фонарей, тускло светятся лампочки аварийного выхода, указывая направление движения при эвакуации из здания.

— Сюда никто никогда не заходил… — оказавшись на знакомой кухне, оглянулась на дверь кладовки Лена. — Удобно.

— Будет путь к отступлению, — подала идею Антонина Ивановна.

— Я там потеряюсь, — вздохнула Лена.

— Зато среди хлама легко спрятаться, — пожала плечами я. И поинтересовалась: — Куда идём?

Как-то прежде этот вопрос не стоял. Выбраться бы из подземелья. А вот теперь… План о прогулке в парке трещал по швам. Вернуться как ни в чем не бывало к ребятам? Идея неплохая, заодно узнать — что случилось. Вот только Лену туда тащить вряд ли стоит. Тут оставлять ночью одну тоже…

— Идём домой, — вздохнула бабуля. Затем взглянула на Лену и добавила: — Прости уж, в комнаты приглашать не станем. Раскладушку в кухне поставлю. Стол оттуда вынести придется.

Вышли через служебную дверь. Ещё на днях спокойно ходила по парку и подворотням, а сейчас каждый шорох заставляет вздрогнуть и замереть, затаив дыхание вслушиваться.

Видимо вампиры есть повсюду. Просто о них не говорят. Как минимум всерьез. Хотя возможно сталкиваются с ними многие. И не важно в какой город мы приехали бы. Рано или поздно вновь столкнулись бы с этой напастью. А здесь нам повезло обрести поддержку в виде Антонины Ивановны. Без неё всё складывалось бы гораздо более затруднительно.

Наконец-то добрались до дома. Осторожно зашли в подъезд. Как в шпионских фильмах. Украдкой. Разве что пистолет на изготовку не держали. Словно опасаясь, что нас кто-то может здесь поджидать. Никого не было. Поднялись наверх.

Я прошла в квартиру первая, следом хозяйка, и только потом она пригласила Лену. Озвучив четкие условия её пребывания в гостях. Не вредить жильцам дома в целом и данной квартиры в частности, не пытаться проникнуть в жилые комнаты.

Стоило оказаться дома и организм, ещё пять минут назад державшийся бодрячком, внезапно сдал позиции. Да, переживаю за ребят. Да, надо стол вынести с кухни, и при всём желании Лена сможет его только до дверей в комнату Антонины Ивановны дотащить. Дальше ей проход заказан. Но глаза закрываются. Существуют лишь два желания: попасть в туалет, и завалиться в кровать. Жаль их совместить нельзя…

— Ты иди, мы управимся… — заверила меня бабуля. — Тебе тяжести таскать нельзя. А я не такая немощь, какой кажусь.

Поздно спохватились. Как вспомню какие чемоданы мы тащили сбегая из Куйбышева в Ленинград… На фоне их все прочие тяжести меркнут.

Стыдно, но спорить я не стала. Скинула куртку. Заскочила в туалет. И оттуда, даже руки не помыв, по стеночке, наполовину заснув уже на ходу, отправилась в свою комнату. Сквозь дрёму слышала как грохотали за дверью перетаскивая мебель.

— Ты за неё отвечаешь… — донеслись слова Антонины Ивановны и послышался звук закрываемой входной двери.

"Куда это она?!" — мелькнула мысль, вместе с порывом подскочить и догнать… Но сила притяжения оказалась сильнее, и я буквально провалилась в глубокий сон. Не слышала даже как Игорь с работы пришел. И лишь на утро задалась вопросом: а что вчера вечером было?

Едва шевельнуться успела поутру, как подскочил Игорь и скомандовал:

— Умывайся, одевайся…

— Куда? — сонно потирая глаза, поинтересовалась я.