— Это немного не так работает, — сказал я, стараясь осторожно подбирать слова. Что осталось секретным с того момента, когда я изучал мобразвёртывание? Наверняка многое… значит, сильно болтать не надо. — Не думаю, что у них были проблемы с комплектованием, раз они пошли на полузаброшенный объект… а вот помощь со стороны военной администрации нам бы совсем не помешала.

— Дело, — кивнул Фёдор. — Защиту бы выделили. Плюс разобрались бы с этим поездом… не нравится мне он. Наверняка ведь всё ещё не закончено…

— Мне тоже, — согласился я. — В общем, едем осторожно, глядим в оба, не прячемся. Если видим наших — медленно выходим из машины, представляемся. Никаких резких движений.

— Да ясно, шеф! — кивнул Саныч.

До самой базы хранения ехать пришлось довольно долго: километров десять. Её хорошенько спрятали в лесу, даже КПП бывшее едва ли разглядеть можно среди деревьев. Только если вплотную подъехать. И сам съезд нужно было не упустить — дорога петляла, будто специально отводя непрошенного путника от самого объекта. Не удивлюсь, если дальше по пути находятся скрытые огневые точки.

В общем, кто бы ни проектировал эту часть — делал это со знанием дела, грамотно.

На территории самой части стояло несколько кирпичных зданий с покатыми крышами, сейчас засыпанными снегом. Я заметил, что из-под него торчат куски маскировочной сети. Даже труба местной котельной была замаскирована под старую сосну. Понятно, что в зимнее время, когда хозяйство работало, это помогало слабо — но летом одним демаскирующим фактором было меньше.

В зданиях, вероятно, находились казармы подразделения охраны и общежития офицеров. Однако сейчас это всё выглядело покинутым: даже снег перед ними был совершенно не тронут.

В отличие от подъездной дорожки к арочным ангарам, которые находились за бетонным забором дальше в части. Тут отчётливо виднелись следы покрышек грузовиков. Относительно свежие.

— Странно всё-таки, — Фёдор задумчиво погладил подбородок. — Части-то тут не было… вроде не охранялось все. Народ так говорил. Уже лет пять как. Почему сюда приехали? Знали, что есть что-то уцелевшее?

— А точно не охранялось? — уточнил я. — Могли какое-нибудь отделение оставить… с сержантом. Менять раз в полгода. Всю территорию таким составом не охватишь — вот и просачивались любопытные…

— Может, — кивнул Фёдор. — Я не уточнял. Очень уж сюда проезд неудобный. А и чего лазить? За оружием? Чтоб под уголовку сюда подвести?

— А оружие, скорее всего, списано было. Утилизации ожидало. Вот и сократили штат до предела. Обычный реформенный бардак, — я пожал плечами. — А вот, допустим, главную базу хранения под развёртывание полка или дивизии уничтожили бомбой. И тут в полях костяк будущего подразделения уцелел. Ну одной светлой голове и пришла мысль пошарить по таким вот полусписанным базам…

— Если это, конечно, военные были, — заметил Саныч. — А не кто-то вроде нас.

— Будем надеяться… — тихо сказал я, после чего мы проехали в распахнутые ворота к одном из арочных ангаров.

Да, многое отсюда, определённо, забрали. Целые стеллажи стояли пустыми. Но насчёт полка я, пожалуй, погорячился. Тех, кто приходил сюда, было совсем немного. И всё же я думаю, что это были военные. Они вели себя так. Будто хозяева, а не грабители: планомерно, методично отбирали лучшее из сохранившегося.

Нам же не оставалось ничего другого, как отобрать лучшее из того, что оставили они.

Стрелковое оружие на базе было старым. АК-47, под соответствующий патрон. Во многих случаях технология хранения была нарушена и автоматы пришли в полную негодность. Но попадались и вполне исправные экземпляры. Насколько об этом можно было судить в условиях выстуженного ангара, конечно.

Тем не менее, я отобрал пятнадцать стволов, несколько десятков запасных магазинов, десять запаянных цинков, которые выглядели приличнее всего.

Немного поколебавшись, взял несколько Ф-1 с запалами, которые, опят же, на вид хорошо сохранились. Задумался насчёт РПГ-7, но отказался от этой идеи. В конце концов, крайне маловероятно, чтобы у наших потенциальных противников вдруг оказалась настоящая бронетехника.

Загрузившись, мы отправились в обратный путь. На всякий случай я всё же решил поглядеть, что там дальше на подъездной дороге, за съездом на часть — вдруг что-то более интересное? Там дорога была не чищена, но высота снега оказалась не слишком большой, «Прадик» чувствовал себя уверенно.