— Что нам еще остается делать? — пожала плечами Катрин.

— П-пора возвращаться к работе.

— Все что можно было сделать в воскресный день, мы уже сделали. У ратников свободное время подумать и отказаться от контракта, мы вот приехали на небоскребы полюбоваться.

— Дела есть, — сделал ударение на втором слове Горчаков.

— Какие?

— Деньги п-пришли, надо делить.

— Деньги? Какие деньги? А нам даже не отрубят головы? — негромко поинтересовалась Катрин, помахав большим пальцем у себя в районе шеи, словно чиркнув пару раз.

— П-пришли деньги от Торгового Дома Юревич. Его главой ввиду потери дееспособности Робертом Юревичем стала небезызвестная вам Марша Юревич, и сумма обещанных компенсаций п-получилась несколько больше п-первоначальной. П-поехали на базу, у нас много работы, — Горчаков развернулся и не дожидаясь ответа, пошаркал в сторону стоянки.

— Андрей, сколько там? — когда догнали Горчакова, поинтересовалась Катрин.

— Если считать в общем, то миллион.

— Рублей? — уточнил Никлас.

— Марок, — не оборачиваясь, бросил Горчаков.

Катрин замедлила шаг и посмотрела заметно округлившимися глазами на Никласа.

— Так не бывает, — едва слышно прошептала она, после чего кивнула вдоль побережья, в ту сторону, где за лесом прибрежной полосы располагался дворцовый комплекс с памятным коттеджем. — Похоже нужным людям мы прикладами по шеям настучали, скорее всего премия.

— Как бы нам вторую часть премии не получить, — понимая, что дело постепенно еще больше пахнет керосином, покачал головой Никлас.

— Какую вторую?

— Отрицательную.

— Это как?

— От тех, кому мы настучали, и кто наверняка готов выдать нам премию со знаком минус.

— А, ты об этом. Такие желающие были, есть и будут, когда ты поднимаешься наверх. Не переживай — мы вместе, мы справимся. Прорвемся, ты же со мной.

Никлас хотел было возразить, но потом только рукой махнул.

— Amen, — кивнул он и увлек Катрин за собой к джи-вагену.