Ну и, last but not least, в наш отряд добавится толковый командир – хауптфельдфебель Хозицер, и какое-то количество его людей. Дополнительные копья и арбалеты нам отнюдь не помешают.

В общем, по всему выходит, что предложение господ Хозицера и Руппенкоха надо принимать. И самому поучаствовать в торговле – а почему бы и нет? У меня еще лежит две сотни дублонов – вторая половина жалования наемников, и пригодятся они только по окончании дела. Это примерно через три месяца. Отчего же не пустить их пока в оборот? Да и телеги свободные есть…

Остается вопрос, что бы такое взять, чтобы без палева получить хороший навар. И тут самым надежным кажется выпивка - уж на это спрос есть всегда и везде! А если что, всегда можно сказать, что я взял ее для моральной поддержки солдат.

Приняв решение, я оделся, и, оставив спящего мага, отправился на рыночную площадь.

– Любезный, подскажите, у кого тут можно разжиться лучшим сортом самой крепкой винной эссенции? – обратился я к молодому пивовару, наблюдавшему за разгрузкой возка с солодом возле лавки.

Тот откровенно смерил меня взглядом и, признав благородного, неохотно, но вежливо поклонился.

– Извольте пройти в другой конец, вон туда – он указал рукой – там торгуют всем этаким.

Пройдя в указанную сторону, я действительно вскоре увидел вывеску с тремя бочонками, и небольшой склад дубовых бочек самого разного вида.

Ко мне подошел человек в темном хуке.

– Герр военный интересуется крупными партиями вина? – вежливо осведомился он, дав одновременно понять, что господину военному не стоит рассчитывать, что ему тут нальют одну кружку.

– Да, вы не ошиблись. Мы уходим в поход, и мне надо взять с собой хорошего вина для моих людей.

– Прекрасно. Разрешите рассказать вам о нашем товаре. Все первоклассного качества, могу заверить! Вот, – он указал на гигантскую сорокаведерную бочку, – бренниван из окрестностей Вуппертале. По восемь гротенов за шоппен, оптом – по шесть. Вот – киринсшвассен из Рейхардштадта, по одиннадцать. Вот это – мы подошли к просмоленным бочонкам, стоявшим по три друг на друге – шнапсе из долины Таль. Продам по пять. У нас много товара. Вы что предпочитаете?

– Что то покрепче, и подешевле.

– Хм. Ну вот – «Кордегардианвайн». Пойло для солдат. Крепкое, сладкое, дешевое – все как они любят. Попробуйте, – он подхватил темную густую жидкость небольшим деревянным черпаком.

Вино показалось неожиданно приятным, терпким на вкус, и, по местным меркам, достаточно крепким.

– Сколько?

– Если возьмете бочку, то по двадцать два с половиной!

– А если три бочки? Отдадите по двадцать?

– Три? Хмм… мне нужно посоветоваться с отцом.

Торговец ушел в лавку, через минуту вернулся.

– Он согласен. Только у нас пока две бочки, третью привезут на днях.

– Хорошо, значит, я пока заплачу за две. Сколько выходит?

Торговец быстро защелкал костяшками счетов.

– Выходит шестьдесят рейксталеров.

– Получите, милейший, и отвезите в лагерь за городом, стоящий под штандартом диоцеза Андтаг. Голубое знамя с солнцем и кометой. Скажите, что это имущество коммандера Андерклинга.

Тот глубоко поклонился.

Уверен, что он все сделает в наилучшем виде. Иначе, я ведь знаю, где его найти!

Затем я купил несколько дюжин хорошо выделанных бычьих кож. Разумно предположить, что у гномов в горах немного возможностей разводить быков, а вот толстая кожа всегда пригодится.

И только возвращаясь на квартиру, я вспомнил про письмо из Андтага, которое передал мне послушник Лотоульф.

Поначалу я не мог найти его, и сильно испугался. Но, оказалось, что пергамент был заткнут за голенище сапога, а я даже не заметил этого, одеваясь утром. Торопливо раскрыв записку, я был немало удивлен.

«Глубокоуважаемый унтерконнетабль,

В соответствии с поступившими мне свыше указаниями прошу предоставить мага Литциниуса Кнаппе в распоряжение монастыря Светлого Избавления в Теофилбурге на время: за три дня от праздника Нисхождения Света и до окончания названного праздника.

Викарий диоцеза Андтаг, пресветлый Сильвестр

Дано в Андтаге седьмого дня Травного месяца в год 2137 от Нисхождения Света».

Как хорошо, что я вспомнил про записку! Надо немедленно сообщить магу о новом распоряжении. И, да, мы остаемся в Теофилбурге до праздников. Жирный хозяин как в воду смотрел, сукин он сын!