Долго объяснять не пришлось, ящеры тут же послушались и теперь сидели в темно-серых скафандрах. Пилоты уже начали, прогрев двигателей, но почему-то навигатор не спешил с прокладыванием курса.

— А как же ты маленький человек?

— А что я? — обернувшись я бросила не двусмысленный взгляд на Яшгур Гшоша. — Вероятность того что я выживу есть, но это будет довольно рискованный для меня полет.

Не знаю, подействовало на капитана или нет, но взгляд мутных зеленых глаз неотрывно повис на мне. Эйл-Агир что-то тихо произнес и вернулся к рабочей панели. На обзорном экране тут же начал вырисовываться дальнейший маршрут для пилотов.

— Все готово, капитан, — отрапортовала я. — Ждем ваших указаний!

— Приступить к спасательной операции!

Рев двигателей пронесся по всему фрегату, а гул силовых установок вторил ему. Пилоты принялись за работу и тут же вывели курс на заданный оптимальный маршрут, рассчитанный старым навигатором. Я сильнее схватилась за подлокотники сжимая их до боли в пальцах. Ремни безопасности приклеили меня к креслу, но из-за выключенных гравитационных компенсаторах меня буквально размазало по нему. Меня словно придавило железной плитой. Сердце хоть и билось словно сумасшедшее, но казалось кровь решила не путешествовать по телу, а остаться там, где встретила перегрузку. Уши заложило, а глаза словно выталкивали из орбит. Еще немного и голова точно взорвется.

Было трудно следить за происходящим на обзорном экране, но я пыталась хоть как-то отвлечься от не самых приятных ощущений. Мы набирали скорость следуя по указательным полупрозрачным стрелкам маршрута. Резкий поворот на 30 градусов и еще более резкий нырок вниз. Конечности занемели. Я хотела крикнуть что-то вроде «полегче», но понимала, что нам нужно торопиться. Крутящийся бумеранг вот-вот войдет в атмосферу зеленой планеты и, если это произойдет тогда уже никакие стазисные сетки не помогут. Мы не сможем вытащить бумеранг, и он рухнет на зеленую планету. В принципе нам тоже достанется из-за отсутствующей внешней обшивки корабль просто сгорит и развалится. В общем торопиться стоило.

Как же тяжело было! Манёвры уклонения от особо крупных осколков, резкие взлеты и ныряния. Полоска жизни медленно таяла из-за перегрузок от жизни осталось меньше 80 %. Ящерам конечно тоже пришлось не сладко, но такие полеты они переносили лучше, чем я.

Внимание! Характеристика «Выносливость» повышена до 10 ед.

Ну вот я и узнала сколько у меня выносливость. Причем полоска здоровья резко возросла и заполнилась. Совсем немного, но стало чуть легче. Видимо сильные перегрузки были засчитаны Матрицей как физические упражнения. Это меня конечно порадовало, но не так сильно, как только что летящий на нас крупный метеор, который удалось обогнуть. И все же нас задело. Наш фрегат и без того дрожал, а сейчас его буквально затрясло. А пилоты молодцы! Вовремя среагировали и навыки неплохие судя по всему так как автоматическая помощь системы пилотирования была отключена.

Стоило только мысленно похвалить пилотов как по правому борту в нас что-то врезалось. Раздался грохот и пугающий свист. Корабль начал вращение по продольной оси. Нас несло еще к одному огромному куску взорвавшегося астероида. Мы как дурацкий шарик в старой компьютерной игре «пинбол», где нас швыряет от одного препятствия к другому. На экране отобразилось уведомление о разгерметизации нескольких кают, почему-то система корабля не заблокировала поврежденные отсеки. Точно! Мы ведь выключили почти всю автоматику. Интересно что будет с теми, кого унесло в открытый космос? Впрочем, сейчас не об этом стоило думать!

Через несколько ударов пилотам все же удалось стабилизировать корабль и снова выйти к рассчитанному маршруту. Внутри все тревожно сжималось, я прям чувствовала хватку приближающейся беды. Интуиция разом подскочила на два пункта. Снова резкий манёвр уклонения и я сжимаю зубы до хруста. Содержимое желудка просится наружу и грозится вывалиться прямо на рабочую панель. Даже ящерам на мостике уже не так легко. Сознание затуманено, и я с трудом разбираю происходящее на обзорном экране.

В черном космосе среди обломков астероида уже хорошо просматривается огромная зеленая планета с редкими вкраплениями воды. Кружащийся бумеранг набирает скорость, несется к поверхности. Гравитационный колодец затягивает буксир все сильнее. У нас мало времени! Его почти не осталось. Но мы не можем разогнаться из-за поля камней. При большой скорости будет труднее маневрировать среди обломков, да и любой небольшой камень будет способен пробить внутреннею обшивку корабля. Плохо! Очень плохо! Но у нас нет другого выбора. Нужно рискнуть!

— П-п-пило-о-о-оты, — язык заплетается, а от резких поворотов гласные сами растягиваются. — У-у-ускоряемся!

— Это нарушит герметичность! Основные удары придутся на мостик! — кричит Эйл-Агир.

— З-зна-а-а-аю! — мне трудно сфокусировать взгляд на оранжевых глазах старого навигатора, но кажется он понимает, что без этого нам не успеть.

Я уж думала сильнее вдавливать в кресло меня не будет, но оказалось есть еще куда давить. Меня размазало тонким слоем. Судя по тому, что внезапно все звуки пропали лопнули барабанные перепонки. На подходе глаза! Бешено стучащее сердце замедляется, кровь, и без того медленно циркулирующая по телу, останавливается. Это почти смерть.

Снова безумная тряска и резкие маневры уклонения и именно тогда в левую часть мостика врезается небольшой кусок астероида. Воздух чуть ли не мгновенно высасывается в вакуум космоса. Дышать нечем, и я понимаю, что это конец. Но внезапно, шестиугольный защитный экран обволакивает пробоину и мостик постепенно заполняется кислородом. Кажется, Эйл-Агир успел активировать систему экранирования. Воздух все еще разряжен, я пытаюсь глотать его беззвучно шевеля губами, но ничего не выходит. Не думала, что глаза могут болеть, но судя по всему в мелких кровеносных сосудах образовалось сразу несколько тромбов. Окружение мутнеет, перед глазами появляется целый рой несуществующих мошек. Я теряю зрение!