Он отпустил рукоять рапиры и резко отскочил, попутно выхватив кинжал и закрывшись им, хотя в этом особой надобности не было, так как даже со стороны было видно, что рыцарь его не достанет...

Молниеносный взмах клинка - и голова Сальваджо слетает с плеч, а все зеваки выпучив глаза смотрят на то, как рыцарь остановился и тяжело дышит, удерживая меч за самый кончик рукояти всего лишь большим и указательным пальцами.

– Офигеть! Ты типа на мгновение отпустил рукоять и затем схватил ее за кончик!? Ну ты монстр, старик!
– Шанг аж присвистнул.

– По идее я должен был схватить его еще и средним пальцем... ну да ладно, видать рефлексы уже не те...
– а затем он глянул на подошедшую стражу и на шерифа, один из его людей прошептал.

– Что делать будем!? Это же мокруха посреди бела дня!

– Все было по чесноку! Все всё видели, это была честная дуэль! Убирайте жмуров.
– сказал шериф своим людям, но по его лицу было понятно, что его не шибко радовало то, что в его городе происходят подобные разборки.

– Кстати, шериф!
– неожиданно сказал Конрад.

– Что такое?

– Эти люди, как вы могли заметить - разыскиваемые преступники!

– И что?

– Ну а мы с моим другом - охотники за головами! Вот вам два известных убийцы - Сальваджо Морентини и Грязный Билли! За этого назначена награда в пятьдесят тысяч, а за этого - сорокет! С вас по итогу - девяносто тысяч имперских рублей!

Глава 31. Охотники за Головами II

Генри медленно протискивался через толпу в колизее, где толпа разгоряченных горожан культурно проводила досуг, глядя на битву гладиаторов с жуками, пожевывая жарено-соленые хрустяшки и запивая их местным пойлом.

Его босс в это время сидел в местной вип-ложе вместе с мэром и другими важными людьми и обсуждал вместе с ними ход поединка - гладиаторы мастерски шинковали жуков пачками, не давая тем ни шанса и ихор с ошметками хитиновых панцирей летели во все стороны.

Генри и телохранитель мэра знали друг друга, так что он ему дал записку и тот аккуратно передал ее кому надо, а тот прочтя ее слегка нахмурился и сказал, вставая с кресла.

– Господа! Прошу меня простить, однако возникли неотложные дела!

Ну а те кивнули с пониманием - почти все присутствовавшие в вип-ложе не раз и не два оказывались в подобном положении, так что относились к этому спокойно.

Когда он вышел из Колизея они вместе с Генри зашли в ближайший переулок и там он уже не сдерживался.

– Генри! Какого черта?! Почему ты меня беспокоишь в такой важный момент?!

– Босс! У нас проблемы с теми двумя!

– Черт возьми! Если они просят увеличенный гонорар за работу так просто заплати им и все тут! Не надо меня каждый раз дергать!

– Да нет босс, проблема в другом!

– И в чем же?

– Охотники за головами замочили их на дуэли! А затем тут же сдали их шерифу за вознаграждения!

– Чего!?

– Ага! Я сам в шоке от того, что на них была назначена награда.

– Да я не об этом! Как они смогли их убить!? Эти двое ведь были одними из лучших!

– Ну видать эти трое крепкие орешки!

– Так-так-так, что же делать-то...

– Босс! Я могу послать за наемниками в соседний городок и они прибудут через дня три...

– Три дня?! Да нас за это время уже того! Надо что-то другое...
– тут его взгляд упал на размалеванную местным художником вывеску колизея, где были нарисованы мускулистые гладиаторы, после чего он улыбнулся, - хотя, я кажется знаю, кого мы можем использовать...

***

– Ты отведи свою кобылу к кузнецу, пусть он там ее уже сейчас начнет перековывать, чтобы мы завтра с утра могли свалить!
– сказал Конрад, приводя в порядок свою броню и чистя меч.

– Проследи, чтобы он новые гвозди использовал, а то знавал я некоторых типков, что из-за жадности ржавыми гвоздями прибивали копыта лошадям!
– сказал Шанг, разобрав и чистя пистолеты.

– Ладно!
– ответил Джеки и пошел в конюшню.

Придя в конюшню он заметил, что там кроме уборщика, который в своем грязном плаще с помощью лопаты и тяпки убирал конские продукты жизнедеятельности, больше никого не было.

Джеки подошел к своей лошади, которая пожевывала овес. Он взял ее поводья и уже собирался отвести ее куда надо, но тут его привлек странный всхрип уборщика и звук паденья тяпки на пол, так что он стал медленно подходить к ячейке для загона, где на полу валялась тяпка.