Именно так произошло с кланом Лю, который еще в семнадцатом веке пришел на остров Кюсю из Поднебесной империи. Довольно мощный клан был. Да еще и дополнительно со временем только усиливался путем браков своих ведущих членов с местными японскими ёкаями — оборотнями, способными давать с людьми нормальное потомство.

А потом случилось объединение против клана Лю сразу нескольких кланов, каждый из которых бывшему китайскому клану проигрывал по всем статьям, но вот вместе… да еще напавшие ночью… да предварительно проведя удачную диверсию с отравлением очень многих самых сильных бойцов, включая главу клана и трех его жен….

Главная резиденция клана Лю уже практически пала, когда судьба свела вместе маленькую девчонку Химари, единственную к тому времени уцелевшую из главной ветви клана Лю, и Гофуку, одного из очень сильных бойцов, благодаря своей природе назначенного главным охранником женской половины дома.

Только вряд ли один, даже очень сильный магический мечник смог бы выстоять против десятков врагов, заполонивших в ту ночь главную резиденцию клана Лю…. Помогло чудо. Химари, слыша довольные крики победителей, рыщущих по соседству с комнатой, где они с Гофуку укрывались, взмолилась богине Аматэрасу о спасении. И совершенно неожиданно для себя оказалась вместе с охранником в Инунаки, совершенно изолированной от всего мира деревне. А дальше состоялся банальный торг, в котором главарь банды ёкаев, властвовавших над этой деревней, за то, что Гофуку пошел под его руку, отдал распоряжение паре местных стариков, чтобы те кормили и заботились о мелкой незрелой кицунэ.

Вот такой совершенно сказочный сюжет, тем не менее, воплотившийся в реальной жизни. Более того, в этой истории я в роли самого настоящего принца выступил, спасшего подросшую принцессу из рук посыльных главного злодея, а потом еще и расправившегося со всем его войском. Неудивительно, что у молодой лисицы что-то вроде импринтинга на меня произошло.

Историю из уст прекрасной принцессы выслушал, остался еще один момент, который мне совершенно необходимо прояснить.

— Этот твой охранник, кто он? — Даже без ее рассказа заподозрил бы в нем нечеловеческую природу. Вон как замер неподвижно. Ни одна складочка одеяния на ветру не шелохнется. Словно не от мира сего, а где-нибудь в параллельном, совершенно безветренном мире сейчас стоит.

— Гофуку? Нерожденный. Переродившийся церемониальный халат основателя нашего клана.

— Интересно, сколько же ему сейчас лет? — Пробормотал я, пораженный открывшимися передо мной перспективами. У цукумогами, демонов, переродившихся с течением времени из какой-нибудь неодушевленной вещи, их сила прибывает со временем. Китайцы только в Японию переселились четыре сотни лет назад, а ведь и до этого, на родной китайщине, они еще сколько-то времени существовали.

— Сколько лет точно не знаю, но на уроках по истории клана нам рассказывали, что этот халат основателю подарил сам император Джао Куанъинь, а этот император основал свою династию, если на европейский счет переводить, в десятом веке.

— Простите, господин, — совершенно неожиданно подал голос обсуждаемый нами ёкай, сопровождая свое обращение глубоким поклоном, — во внутреннем пространстве недостойного Сакубы Ичиро я смог захватить один артефакт, от него очень сильно несет магией пространства и времени. Мне кажется, именно с его помощью был установлен пространственный запрет над Инунаки.

Как ни хотелось в первую очередь мне схватить протягиваемый мне артефакт, но все же первым делом решил для себя уточнить:

— Почему ты, могущественный цукумогами, называешь меня господином?

— Клятва о подчинении роду Лю вплетена в самую мою суть, а молодая госпожа, единственный оставшийся в живых представитель этого рода, выразила свою готовность во всем подчиняться вам, господин. — Ответило это странное существо.

Ага, это не Европа, с ее сакраментальным «Вассал моего вассала — не мой вассал». Тут дела с вассалитетом с точностью наоборот обстоят. Однако слова древнего нерожденного еще одну непонятку породили.

— Химари, сможешь пояснить слова своего подчиненного? — Задал я вопрос, наблюдая, как буквально на глазах краснеет личико смущенной моим вопросом девицы. Даже до конца свой вопрос не проговорил.

— Какие пояснения ты ждешь от бедной кицунэ, господин? — Укрылась она за кружевом формальных фраз. — В природе нашего лисьего племени выбирать себе сильного защитника….

От, оно как! Без меня, меня женили! Впрочем, вроде как у этих японцев, особенно у клановой знати, многоженство практикуется. Одновременно с этой мыслью сразу и отец вспомнился, вокруг которого всегда, сколько себя помню, всегда сразу две женщины крутилось: моя мать и Айгуль. Яблоко, как говорится, от яблони недалеко падает. Хм, это я сейчас, насчет женитьбы, сильно накрутил, конечно, пока что мне вот так, слегка завуалировано только вассалитет предложили, но свою собственную проблему из этого разговора я осознал: от воздержания мысли при малейшем поводе начинают на секс сворачивать.

— Ладно, с этим вопросом в первом приближении прояснили, — вслух отметил я, — теперь давай, Гофуку, попробуем этот добытый тобой артефакт рассмотреть поближе.

Не сказать, чтобы с первого взгляда, но все-таки разобраться в управлении очень сложного артефакта я сумел. Все же мать артефактором у меня была не из последних, да к тому же, у нее в работе, помимо древней византийской школы, всегда прослеживалось еще и сильное китайское влияние. Ну, а Китай и Япония в плане магических дисциплин, как и всей прочей культуры — это даже не двоюродные братья, а самые, что ни на есть, ближайшие родственники.