— Как? Я только с вами обсуждаю дело.

— Ваше величество, а не слишком круто получается?

— Это только мне решать. С тех, кому много даётся, потребно и спрашивать соответственно. По моей милости он получил два графства, теперь пусть докажет, что достоин такой награды. Поймите, мне не нужен зубастый щенок, которого легко отогнать палкой. С моего поводка должен рваться смертельно опасный зверь.

— То есть, ваше величество, вы хотите проверить Тихого в битве против очень опасного врага?

— Крайне опасного для Стаха.

— Ваше величество, вы понимаете, что кто-то из них может погибнуть? И разрешаете мне выстраивать комбинацию с учётом этих обстоятельств.

— Я всегда могу вмешаться и одним словом прекратить междоусобицу.

— Хочу заметить, ваше величество, что иногда дела двигаются столь стремительно, что никто не успевает вмешаться.

— Я успею. Если Тихий не справится, то ему останется только варить мне зелья.

— Тогда, ваше величество, завтра приступаю. Однако прошу вспомнить мои слова и не винить меня, если что-то пойдёт не по нашим расчётам.

— Запомню и обещаю не винить. Появились мысли о том, кого стоит натравить на Стаха?

— Проще всего с волшебниками, ваше величество. Есть архимаги, точащие зубы на Башню Четырёх Стихий. Есть желающие получить участок у озера для постройки магической школы или для устройства мастерской артефактора. Для них это сладкая морковка. Но объявить войну должен кто-то рангом не ниже графа, а лучше герцога.

— Эдмунд?!

— Ни в коем случае, ваше величество! Я не сказал «великий герцог».

— Ранбранды?

— Не думаю, ваше величество, что с ними можно договориться. Лучше кто-нибудь из соседствующих с его доменами. Как раз кусок земель станет и поводом для конфликта, и призом в случае победы.

Изумрудные братья

На службе пошли рутинные хлопоты. Например, по пути в мою квартиру Зелёного дворца остановил служитель, как обычно с просьбой о помощи. Сын полгода назад упал с лошади и сломал руку. Рука срослась, но стала сохнуть. Просит помочь.

Тут ничего сложного и интересного — рутина, любой целитель на раз справится. Но целителей мало, его надо ещё найти, уговорить, да к тому же хорошенько заплатить. А я — вот он. Да, генерал! Но слава идёт, что дворцовым служителям по старой памяти бесплатно помогаю. Сейчас тоже обещал помочь, приказал привести болезного в Заклинательную башню. Шуганул за намёк на деньги, его пара грошей не сильно пополнят мой бюджет. По реакции понял, что этого и ожидали.

В розарии встретился с невестой. Шарлотта откуда-то была в курсе про сегодняшний мальчишник. Даже мельком обронила:

— Стах, я не против мужских развлечений. Все мужчины пьют вино. Но я слышала про то, что в клубе прислуживают… — тут невеста голосом крайне презрительно выделила: — ДЕВКИ. Ты уж, пожалуйста, не огорчай меня. У тебя же есть Черныш и Иония. Лучше с ними, я не против. Они хоть свои. И детей от них точно не будет.

Мои уверения «у меня и в мыслях…», «это только по службе…» и «мечтаю лишь о тебе» были выслушаны, но с ОЧЕНЬ скептическим видом. Шарлотточка оказалась весьма ревнивой девочкой. Видимо, в романах связи с падшими женщинами считались привилегией негодяев, но в папином дворце она кое-что поняла про реальные отношения между полами. Или ей что-то объяснила дуэнья.

В заведение мадам Розы приехал и несколько удивился — за пару дней успели сильно поменять обстановку. Вроде ничего особенного, но как-то из чисто мужского прибежища с целью принять на грудь и по ба… э… продолжить, вдруг стало вырисовываться что-то такое порочно-элегантное, с лёгким флёром распущенности. Если бы это было в моём старом мире, то сразу бы вспомнилось слово «декаданс». Что вы мне ни говорите, но без женской руки тут не обошлось. Мадам Роза решила сменить имидж заведения?

Я явился на собрание, чуть опоздав, как и положено жениху. Надо же подождать, чтобы все остальные члены клуба собрались и приготовились. Когда вошёл в залу, на меня обрушился вал поздравлений и пожеланий. Затем усадили рядом с почётным местом, сами понимаете, кто там сидел раньше, и веселье началось. Хотя сегодня девочки не сидели рядом с нами, а носили блюда почти как официантки. Почему? Не понятно.

К брату Стаху, по обычаю клуба, посаженному во главе стола и выслушивающему весёлые вирши, в которых поздравляли жениха, подсел брат Михаэль. Лишних девочек сегодня в зал не пустили, официантки подходили лишь по призыву, а братья они свои. Словом, можно спокойно перемолвиться парой слов, не предназначенных для обсуждения в салонах.

— Знаешь, брат, тут такое дело… Вроде ничего особо необычного, но на всякий случай имей в виду. Мне вчера знакомый сказал, что планы обороны Башни Четырёх Стихий зачем-то взяли на пересмотр. Это же твой баронский замок?