— Стах, — волнуясь, Шарлотта Лоренция начала заранее заготовленную речь, — ты видел приданое и уже знаешь про сто тысяч серебряных рубелей лежащих в банке. Как мужчина, можешь счесть, что задета твоя гордость, но я умоляю тебя не обижаться и согласиться на моё предложение.

— Какое? — насторожился я.

— Ещё раз прошу — не обижайся, ладно? Я по себе знаю, что ты добрый и щедрый человек. Очень добрый и очень щедрый! Ты даришь такие прекрасные подарки. Но я слышала от тёти, что у тебя не так много денег в личной казне.

— Это её светлость так считает?

— Да. И поэтому, для того, чтобы мы вместе, как семья стали сильнее, я прошу и умоляю тебя не обижаться, а принять в дар половину моих драгоценностей и половину серебра на моём банковском счёте. Я ничего не прошу взамен, но надеюсь умолить разрешить помогать тебе с управлением хозяйством.

Неожиданно. Серьёзное решение и широкий жест. Отдать половину своего приданого? Похоже, малышка действительно решила разделять со мной «все заботы и радости». Надо реагировать. Я, конечно, такого предложения не ожидал, но и сам, после осмотра приданого, хотел кое-что показать будущей жене и даже велел Чернышу и Ионии подготовить показ. После благодарного поцелуя, шепчу:

— Милая и добрая Шарлотта, давай я отвечу на твоё предложение сразу после того, как покажу несколько мест в моей башне.

— Давай!

— Но в некоторые места я смогу отвести только тебя одну и больше никого другого. Ведь ты же веришь, что я не позволю себе ничего недостойного?

— Верю, но… Неприлично… Я спрошу!

Шарлотта подбежала к Капитолине и стала что-то шептать. Короткое совещание завершилось торжественной тирадой будущей статс-дамы, крайне желающей стать таковой:

— Стах, я вам доверяю. Я знаю, что вы не позволите недостойных поступков по отношению к Шарлотте Лоренции. Но мне необходимо быть недалеко от вас. Максимум, за одной дверью.

Невеста облегчённо выдохнула. Вообще, пафос заявления зашкаливал, и если бы не лукаво смеющиеся глаза дуэньи, то может, и я бы проникся.

— Очень благодарен вам и ценю вашу веру в меня. Я так же верю в вашу преданность, а потому думаю, что часть мест можно посетить и вам.

На первый этаж башни, в официальную сокровищницу, мы отправились втроём. Камеры произвели впечатление, а бочонки в них, точнее, их количество, приятно поразили посетительниц.

— Я правильно понимаю, что это серебро? — поинтересовалась будущая статс-дама.

— Да. Именно оно. Четыре тысячи в каждой ёмкости.

Следующую остановку сделали этажом выше. Среди оборудованного хранилища книг, реагентов, артефактов и прочих подобных вещей была устроена специальная комнатушка для ценностей, например, золота. Сюда мы зашли вдвоём с невестой, но дверь я не закрыл и дуэнья смогла кое-что подглядеть.

На крепких полках стояли шкатулки с золотом, по три тысячи дукатов в каждой. И лежала книга бывшего тестя в сто листов казначейских обязательств по тысяче дукатов лист, общим счётом на сто тысяч золотых. Шарлотта впечатлилась ещё сильнее.

Далее мы поднялись в покои, где нас ждала Иония.

— Милая, Иония кое-что покажет тебе. Помни, что ты можешь взять всё, чего захочешь.

В комнате с большим трюмо, на обеденном столе лежала почти половина драгоценностей, которые у меня скопились. И подаренные благодарными пациентами, и присланные торговым принцем взамен моих зелий, и полученные иными путями. Но родовые реликвии Мхотепов остались в перстне.

Сам с девушкой не пошёл — зачем отвлекать красавицу от важного дела? Хотя сквозь дверной проём наблюдал, как домашняя ювелирша примеряла блестяшки на будущую хозяйку. Процесс не быстрый, но и он закончился. Невеста вышла, не взяв себе ничего. К такому я как-то совсем не был готов, понятнее, если бы Шарли взяла всё показанное.

На мой вопрос невеста ответила:

— Стах, зачем мне это? После свадьбы оно и так станет не только твоим, но и нашим. Правда?

— Конечно.

Тут малышка всхлипнула и прижалась носиком к моей груди.

— Я выглядела очень глупенькой? Когда предложила часть своих денег? У тебя их так много оказалось. А…

— Конечно, нет! Ты никакая не глупенькая! Ты очень добра, и твоё предложение сильно тронуло меня. Я очень благодарен тебе.

— Было бы за что! — расстроенно заявила Шарлотта и тут же уточнила: — Но можно я буду помогать в хозяйственных делах? Меня учили. И папе я помогала управляться с его землями. У меня был свой ягодный лес. Знаешь, какой он прибыльный?!

— Я соглашусь, чтобы ты помогала по хозяйству при двух условиях. Во-первых, ты должна никому и никогда не рассказывать о наших делах.

— А второе условие какое?

— Рассказывать мне всё без утайки.

— Я согласна, но кое-что любая женщина не станет говорить даже мужу.

Дуэнья осталась за прикрытой дверью, Иония растворилась в пространстве, а потому можно было без опаски поцеловать невесту. Раз, другой… Потом как-то сама собой, без моего участия, рука ощутила нежную упругость девичьей груди. Но меня сразу резко оттолкнули и сурово отчитали: