Я ничего не сказала, пока смывала пену, а когда снова подняла голову, Тристана в ванной уже не было.

Как только одела футболку, которую он мне одолжил еще в Лос-Анджелесе, и трусики, я вышла из ванной, обнаружив его поверх простыней в пижамных штанах и футболке, со скрещенными длинными ногами. На коленях у него лежала открытая книга. Когда он увидел меня, то положил ее на тумбочку, взяв вместо нее что-то другое.

— Ты не пойдешь в душ? — спросила я, медленно забираясь на свободную сторону кровати, но не сводя с него глаз. Взгляд Тристана в этот момент был прикован к моей груди, которая просвечивалась через тонкую белую ткань.

Он покачал головой, облизнув нижнюю губу.

— Нет, — он похлопал по кровати перед собой. — Иди сюда. Намажу тебя гелем.

Ой, ну ладушки.

Я поползла по кровати со всей скоростью, на которую только была способна, и плюхнулась слева от него. Тристан удивил меня, развернув мое тело так, что я оказалась между его ног. Теплые руки скользнули под одежду, сжавшись на моей талии, а затем он схватил низ футболки и стянул ее через мою голову.

— Э-э-э… — заикнулась я, подняв руки, чтобы прикрыть голые сиськи.

— Футболка будет мешать, — произнес он хрипло, будто это все объясняет.

Две руки легли на мои плечи и руки. Они нежно коснулись моей шеи сзади, а затем вернулись к плечам. Но когда его язык облизал мочку моего уха и кожу под ним, я напряглась, словно девственница, которая увидела аномальный член Калума.

— Знаешь ли ты, — выдохнул он в мою шею, и влажно поцеловал это местечко. — Что я хочу тебя, — он нежно укусил меня за горло, — сильнее, чем кого-либо? — Он поцеловал мою шею еще раз, скользнув ладонями по моим ребрам. — Очень сильно, Кэт. Охрененно сильно.

Я выгнула спину, чувствуя, что вот-вот взорвусь от ласк его губ и рук. Твою мать. А что бы было, если бы он использовал не только руки?

— Ох.

Его большие ладони обвили мои руки, которыми я все еще прикрывала грудь.

— Почему мне так хорошо с тобой? — Его голос звучал грубо напротив моей кожи. Я откинулась назад, почувствовав спиной обтянутую футболкой грудь.

Я опустила руки вниз, чтобы его ладони могли обхватить мою грудь. Грубые пальцы сжали и слегка потянули мою плоть.

— Тристан, пожалуйста, — начала умолять я, не понимая о чем.

Он застонал и провел подушечками больших пальцев по моим соскам. Я увидела, как он схватил футболку, которую недавно с меня снял, и натянул ее обратно через мою голову, протягивая мои руки через проймы рукавов.

— Не сегодня. Ты обгорела, и нам обоим рано вставать, — сказал он, но я уловила в его голосе нотку разочарования.

Я хмыкнула и резко повернула голову, чтобы посмотреть на него.

— Ты серьезно?

Он лишь усмехнулся и скользнул под одеяло.

— Смертельно. Ложись. — Он поднял край одеяла, чтобы я тоже укрылась. — Только потому, что я забочусь о тебе, ты сейчас не извиваешься подо мной.

Я сердито посмотрела на него и плотнее закуталась в простыни. Я знала, что мне, скорее всего, не понравится кувыркаться с ним, потому что сожгла кожу, но мне казалось, что это не столь важно. Чертов динамщик.

— Ты отстойный.

Тристан выключил свет, и лег поближе ко мне, чтобы коснуться кончиками пальцев моей руки. Я только начала засыпать, когда почувствовала, как он сжал мои пальцы.

— Спасибо, — прошептал он.

Интересно, за что именно он меня благодарит?

Одна ночь превратилась в три, потом в пять, а позже — в семь.

За это время боль от солнечного ожога снизилась с семи до двух баллов. Такое быстрое восстановление произошло благодаря тому, что Тристан и Зои чуть ли не поливали меня гелем алоэ вера при каждом удобном случае. К концу недели кожа начала шелушиться, и мне пришлось отбиваться от рук Тристана, когда он пытался снять сухую кожицу с моих плеч.

На неделе я один раз ночевала у него дома по его просьбе. Я проснулась после того, как он ушел заниматься спортом, и до того момента, как он вернулся, чтобы принять душ. Я не случайно проснулась в это время. Мне хотелось посмотреть, как он снимает свою потную одежду. В первую ночевку я узнала, что он приходит домой ровно в половине седьмого утра. Мой будильник был установлен на пять минут раньше, что позволило наблюдать лучшее стриптиз-шоу на Земле. Когда я впервые увидела его такого вспотевшего и совершенного, то с трудом сдержалась, чтобы не кинуть купюры в это невероятно горячее тело.